Ян без аппетита жевал затвердевшую колбасу, ему попался и кусочек кости, но он стеснялся ее выплюнуть.
— Вам не нравится? — Фролиш перехватил его досадливую гримасу.
— Нет аппетита, — сказал он. — Не прошло и часа, как я завтракал.
— Есть надо, когда дают, — наставительно произнес Фролиш. — Дали — и ешь, про запас, — он провел рукой по животу. — Я набиваю его при всяком удобном случае. И кто это выдумал — завтраки, обеды, ужины! До чего мы докатились бы!
— До невыполнения плана, — нехотя пробурчал Ян.
— Выполнить мы его всегда выполним. Но не перевыполним! — засмеялся Фролиш. — Правильно я говорю, Миша? Ты ведь всегда перевыполняешь план.
— Конечно, — кивнул Арендарчик. — Как же не перевыполнять? — Он встал. — Я тоже сбегаю кой-куда.
И вышел.
— Должен вам сказать, что ваш однокурсник — выдающаяся личность. — Фролиш придвинулся к Яну, и Ян почувствовал запах лосьона после бритья. — Что обещает, непременно выполнит. Вот, например, задумал пристроить кегельбан к нашему ресторану, и пристроил.
— Кегельбан?
— Выделил на это дело кое-что из своего фонда на культурные и социальные нужды, или как там это называется. Теперь у нас есть павильон, где собираются почти все важные люди из района. Случается, заглядывают деятели и областного масштаба.
— Играть в кегли?
— Ну да. А вы никогда не играли в кегли?
— Не случалось.
Фролиш так и встрепенулся.
— О, это делается следующим образом. Ставите девять кеглей и бьете по ним шаром. Попали — кегли валятся. Не попали — стоят. Одной силы мало. Нужна ловкость и сноровка.
— Это ясно. Я видел, как другие играют.
— А вы представляете, какие только дела не обстряпаешь за игрой?
— Да ну?
— Михал мог бы вам кое-что рассказать. Я пиво туда ношу. «Золотой фазан». Не официантке же разносить его. Это делаю я.
— «Фазан»? Представьте, его непросто достать даже в Братиславе.
— За кеглями решается немало дел. — Фролиш многозначительно подмигнул. — Повысят ли вас, переведут ли, дадут медаль или под зад коленкой.
— Прямо не верится, — с сомнением протянул Ян.
— А вы у Михала спросите. У него спросите.
— Что он хочет узнать? — Это вернулся Арендарчик, вытирая на ходу руки носовым платком.
— Ставят девять кеглей и кидают шар. Бум!
— Разболтался, Альберт, — с укоризной произнес Арендарчик. — Опять болтаешь!
— А что, разве не так?
Фролиш скалил в усмешке зубы, поглядывал на Михала Арендарчика.
— Не знал я, что ты играешь в кегли, — сказал Ян.
— Сгоняю, брат, вес, — объяснил Арендарчик. — Надо же как-то избавляться от лишних килограммов, не так ли?
Альберт Фролиш снова погладил себя по животу.
— Вот именно. Сперва в себя набираем, потом сгоняем.
— Сколько мы должны? — спросил Арендарчик, продолжая стоять в дверях.
— Господи, ты что, обидеть меня хочешь?
— У меня лежат доски для тебя. Заезжай как-нибудь.
— До свидания. Мне было очень приятно с вами познакомиться… эхм… пан Морьяк.
— Мы и в самом деле ничего не должны вам? — на этот раз спросил Ян.
Михал Арендарчик ткнул его в бок.
— Ты что, глухой, не слышал?
— В среду заглянешь? — спросил Фролиш.
— Заеду, если получится.
— Земан звонил.
— Приготовь для него шар полегче.
— Самый легкий. А если не попадет, мой сынишка подтолкнет кегли.
— Ну ты осел!
Ян был заинтригован и, когда они уже сидели в машине, спросил:
— Кто такой Земан?
— Земан — это Земан, — только и сказал Арендарчик. — Ему хочется выиграть во что бы то ни стало, хотя сроду еще не кинул шар точно в середину.
— Твой приятель?
— Приятелей у меня много. — Арендарчик прибавил скорость и выставил локоть, положив руку на спущенное стекло. — Не след было пить. Прямо обливаюсь потом.
— Веди осторожнее.
— На этой дороге мухи и той не встретишь.
Они поднимались в гору по крутому серпантину, машина резко срезала углы на поворотах дороги, обсаженной высокими елями. И когда впереди показалась площадка со стоянкой для автомашин и трехэтажное кирпичное здание, Ян с облегчением перевел дух.
— Твои владения?
— Нет, дом принадлежит фабрике.
— Ты говорил, что мы едем к тебе.
— Здесь конец света, — пояснил Арендарчик. — Машину оставим на площадке, дальше придется идти пешком. Надеюсь, небольшая прогулка тебе не повредит?
— С удовольствием пройдусь.
К машине подбежало несколько загорелых мальчишек, с балкона уставились любопытные.
— Ну что, товарищи, отдыхаете? — обратился к ним Арендарчик, будто с трибуны. — Отдыхайте, человек не машина.
— Товарищ директор! — С балкона первого этажа спрыгнул мужчина в зеленых очках и соломенной шляпе. — Вы не забыли про моего парня?
— Считайте, что ваш сын принят, — сказал Арендарчик. — Я говорил с Храпом, он его возьмет.
— Но это же на другом конце города.
— Хочется вам, чтобы сын учился в гимназии? Хочется. И ничего страшного, если ему придется вставать на несколько минут пораньше.
— Вы золотой человек. — За спиной мужчины в соломенной шляпе появилась женщина в купальнике. — Прямо не знаю, как вас и благодарить. Понимаете, сама я неспособна к математике. Если бы не математика, его и без вашей помощи приняли бы. А так — куда денешься?
