Вечером стало уже довольно людно, а состояния гостей разнились от совершенно трезвого вошедшего в таверну орка, до спящего на столе в углу представителя этой чудесной расы. Кухня стала еще одной визитной карточкой заведения, из-за которой посетителей стало еще больше. Вечерами частенько возникали ситуации, требующие непосредственного вмешательства Густава с его “головоломкой”, однако у Ксавье было еще одно оружие, а именно - магия Дихлофосуса. Как выяснилось, он мог использовать свои силы, чтобы отрезвлять или опьянять любых существ. Это было очень удобно, так как богатых орков лучше было сразу раздобрить, а тех, кто уже явно оставил последние деньги и готов был буянить, надо было отправлять домой. Густав, конечно, расстраивался, но зато мебель была целее, а денежки копились. И этот вечер не стал исключением..
Сегодня в баре гуляли стражники, поэтому Густаву было разрешено посидеть с коллегами, надо ли говорить о том, мимо какого столика протекала самая глубоководная пивная река. Пару раз Дихлофосус даже сам поглядывал на Ксавье в ожидании, но тот знал своего брата слишком хорошо, чтобы переживать. Впрочем, его сослуживцев - нет, поэтому, не смотря на все уважение, которым пользовался глава стола, один орк в процессе спора начал напрашиваться на драку.
Не долго думая, Ксавье кивнул чертенку, который начал произносить заклятье. Не особо было ясно, из каких конкретно слов оно состоит, но вот видеть цель, когда звучит последний слог, это было основным условием успеха. А уж то, какие эмоции выражали лица младшего брата и его демонического помощника, когда они поняли, что произошло - это уже совсем другая история. Как выяснилось, в последний момент Густав сделал несколько шагов к разбушевавшемуся зеленокожему, чем и заслонил взор Дихлофосусу, умудрившемуся ошибиться от неожиданности и подарить бугаю и сильно запоминающийся вечер, и похмелье, которое он тоже не скоро забудет.
В моменте даже показалось, будто ничего не произошло, однако, спустя несколько секунд окна уже тряслись от громогласного рева. Все присутствующие гости в этот момент уже даже не пытались бежать, понимая, что они в эпицентре и спасет их только чудо. Произошедшее далее можно описать либо массовой галлюцинацией, либо помешательством одного из участников этого театра абсурда.
Не долго думая, Густав вырубил раскричавшегося стражника одним ударом и понесся к барной стойке, не замечая никого и ничего перед собой.
— Э-э-эмбер! — Частично полурык, частично полукрик вырвался из пасти изрядно захмелевшего орка за пару мгновений до того, как он оказался, перед ней..
Приняв защитную стойку, Эмбер приготовилась отражать нападение пьяного орка, но произошедшее далее повергло в шок и её, и всех обитателей таверны на тот момент.
— Какая же ты Ик. Очаровательная — Густав расплылся в улыбке, внушающей не то отвращение, не то ужас — смотрю на тебя и не могу понять, как же я раньше не понял, что ты не только опасная и стервозная, а еще и невероятно симпатичная.
Учитывая манеры этого зеленокожего, а также полное отсутствие моральных норм, последующая после пробежки и речи отрыжка никак не способствовала улучшению взаимоотношений, зато в избытке показала, как же ему сейчас хорошо. Быть может даже слишком.
Ксавье, потихоньку приходил в себя, глядя на всё это действо, и начинал поворачивать свой полный гнева взгляд в сторону Дихлофосуса, которого на прежнем месте не оказалось. Хитрый чёрт, сразу поняв, что он натворил — ретировался в свое убежище и наслаждался зрелищем со своей «колокольни». Казалось бы, сотвори обратное заклинание и всем станет легче, но его точно также парализовало от созерцания невиданной до этого картины, как и посетителей. В моменте было слышно, как шипит пена в бокалах.
— Ты совсем ополоумел, рыло пьяное?! — пришедшая в себя первой Марфа Генриховна не стала церемониться и встала на защиту своей подопечной, огрев Густава половником по наглой морде — Ты что себе позволяешь? Хозяин еще называется, да как у тебя совести хватило обижать наше солнышко Эмбер?!
Разгоралась нешуточная ссора, так как объяснить что-либо пьяному вдрызг Густаву — идея изначально гиблая, его это только раззадоривало, а там уж либо ярость, либо чего хуже, доброта. А доброта его сводилась к одному простому правилу: либо берешь то, что он предлагает, либо получаешь по морде. Так как в данный момент он предлагал свои чувства эльфийке, явно не планировавшей принимать участие в этом пьяном бреду, то исход был неизбежен.
Ксавье же, понимая, что его родственник может натворить, в пару рывков оказался у логова Дихлофосуса, пока этот шнырь все еще был в легком оцепенении, его голова оказалась в руке трезвого брата.
— Быстро расколдовывай обратно, чертяга комнатная — нещадно тряся виноватого в произошедшем, он чуть ли не срывался на крик, дабы донести свои слова и негодование — Он сейчас и таверну разнесет и нам всем достанется, ты хоть понимаешь, что создал неуправляемое и вооруженное чудище?!
