— Я заберу их с собой, отец. Я уверен, Ясон согласится взять их на борт. Они не могут грести, но зато могут сражаться как демоны. Теперь, когда нет Куномагла, не знаю, кто будет ими заниматься?
— Их жизни спасла девушка, — заговорил Арбам. — Мерлин все мне рассказал.
— Какая девушка? Из Похйолы? Ниив?
— Да.
Урта швырнул ей два свернутых поводка.
— Спасибо, — поблагодарил он Ниив. — Маглерд, Гелард, идите к Ниив.
Огромные псы послушно подошли к девушке и улеглись по обе стороны от нее. Ниив сияла от удовольствия.
— Я буду любить их всей душой, — пообещала она, положив руки на головы тяжело дышащих собак.
— Пора отплывать, — сказал Урта, потирая ушибы и царапины. — Закройте за нами ворота. Если кто-то из другого клана поселится здесь в наше отсутствие, мы убьем его, когда вернемся. Это мой дом. Я больше не позволю красть у меня мою жизнь! Слышишь это, Скайтах? Морриган? — Он выкрикивал эти слова небу, по которому пролетали вороны и с высоты взирали на происходящее под ними. — Это мой дом. Охраняйте его для меня.
Мы закрыли ворота, и Урта прибил на них крестом два меча, которые мы нашли в развалинах. Каждый из мечей был завернут в ткань с серыми и пурпурными полосами — цветами его клана. Только после этого мы вернулись на Арго, где нас с нетерпением поджидали аргонавты.
Ясон установил две жаровни перед резной головой Миеликки. В жаровнях еще были видны следы сожженной плоти и растений, а на обшивке борта появились глубокие царапины. Сам Ясон, в тяжелом темном плаще, пребывал в плохом настроении.
Увидев нас, он немного просветлел и даже с радостью согласился взять на Арго псов, правда, выразил опасение, что их будет непросто прокормить.
Рассказать ему, что я видел тень его сына? Поскольку я пока не мог объяснить это видение, то решил, что благоразумнее будет промолчать. Хотя Ясон все равно догадается. Он умеет читать по моим глазам и понял, что я взволнован.
Поэтому я рассказал ему про «пронзительный взгляд».
Он ответил только, что и у меня есть свои тайны в прошлом.
Очень скоро мы уже гребли вниз по течению, направляясь к морю. Мы намеревались пройти болотистые берега царства Урты и отправиться в дальний путь по реке туда, где собирается Великий Поход. Воинов созывают уже больше двух лет, а наблюдает за ними Даану.
Когда все аргонавты собрались на борту, Арго по своей воле отвязался от причала, вошел в течение и поплыл, направляемый веслами, через владения Урты к опустошенным землям племени коритани. Когда мы подошли к тому месту, где Кукал и Боров сошли на берег и пропали, Ясон бросил якорь и направил нос корабля к отмели, чтобы закрепить его. Манандун и Катабах сошли на берег и отправились искать своих братьев по оружию, а на борту Арго мы дули в рога весь день, пока эхо не заполнило собой всю эту землю. Манандун и Катабах вернулись к вечеру, никого они не нашли.
Ниив увидела одинокого лебедя и поймала его. Она воспользовалась своей магией и нашептала что-то птице, та полетела низко над лесом и холмами, делая все большие круги, — лебедь искал пропавших. Он вернулся к закату и в изнеможении опустился в камышах.
А вскоре после лебедя появился Боров, к общему восторгу команды Арго, он вышел из леса и остановился у кромки воды. Усталый, растрепанный, угрюмый.
— Я согласился плыть с тобой, Ясон, но сейчас прошу освободить меня от данного слова. Я должен найти его. Модрона — единственная, кто знает, что здесь происходит! Если я найду его, я постараюсь вас догнать и выполню свое обещание.
Понимая, что, пока Боров не найдет тело своего двоюродного брата, он не сможет прекратить поиски, Ясон сразу же согласился.
— Тебе что-нибудь нужно? — спросил он.
— Быстрые ноги и острый взгляд, — ответил тот.
Он поднял копье, повернулся и побежал назад к лесу. Ниив сняла заклятие с лебедя. Ясон приказал зажечь факелы и поднять якорь. Арго отправился дальше. Илькавар стоял на носу, а Рубобост у штурвала. На следующий вечер мы прошли мимо обгоревших останков двоих великанов и подняли парус перед выходом в неспокойное море.
Вскоре Арго, возрожденный в Похйоле, вошел в воды, которые должны быть знакомы Духу корабля по старым воспоминаниям о второй экспедиции Ясона, когда его сыновья были еще детьми. В то путешествие Арго держался поближе к белым скалам земли предков Урты (Ясон не решался приблизиться к месту, которое греки считали Царством Мертвых), они пересекали это же море и направлялись в устье реки, посвященной Рейну, изменчивой, опасной, обольстительной Рейну, которая, меняя обличья, поджидала за каждым поворотом реки, под каждой нависающей скалой, в каждом притоке, пытаясь заманить доверчивых людей.
