С пятого выстрела второй мангонель засветил точно в пещеру. Принц Рис ходил в героях. А вечером произошел разговор с мерсийским послом…
— Она и правда армии стоит. — Окта был непривычно серьезен. — А королю Пенде нужна армия. Знаешь, зачем я еду к твоему брату?
Рис промолчал. Понял — началось настоящее дело. Не хуже войны с Гвином. Граф Роксетерский продолжил:
— Я рискну изложить дело сначала тебе. Потому что вижу — ты разумный человек и даже при небольшом домене союзник очень ценный. Потому хочу знать твое мнение… До недавнего времени Мерсия прекрасно справлялась с Нортумбрией одна, защищая и себя, и вас, бриттов. Некоторых даже под свою руку приняла — и мой город лучшее тому подтверждение, что мы друзья и дела иных столетий стоит забыть. Мы не только друзья — мы родня. Тому доказательство и я, и законный король Гвинеда Кадуалладр, сын Кадуаллона, внук Пенды. К сожалению, север Камбрии все еще боится нортумбрийцев. И терпит самозванца и предателя на престоле великого королевства.
— Мы все сочувствуем Кадуалладру, — согласился Рис. — И он законный король не только Гвинеда…
— Но и Британии? А вот тут ты не прав. Король Британии — это тот, кто способен поднять знамя британского единства. Я знаю Кадуалладра. Он почти святой — но именно поэтому не годится в короли. Тем более Британии. Он скорее годен в епископы. Тут же нужен властелин сильной, уверенной в себе державы, увитый славой побед. За ним должны пойти все.
Рису стало скучно и смешно.
— Ты говоришь о Мерсии и Пенде? Но Камбрия никогда не пойдет за саксом и язычником. Дружить мы сможем, и Кадуаллон вернейший тому пример. Но подчиниться — никогда!
— А мы никогда и не хотели вас подчинить, — улыбнулся Окта, — мы знаем, чья это земля. Вот только она теперь уже и наша… А потому мы хотим жить вместе. И не возражаем против верховного главенства Камбрии. Но если север слаб и более не может вести за собой остается юг. А юг — это Дивед. Потому я и еду к твоему брату.
Рис остолбенел.
— Это не может быть просто так, — выдавил наконец.
— Не может. Твой брат Пенде не родня, да и репутация у вашего королевства до недавнего времени была не воинственная. Но нам, Мерсии, нужен союзник. Видишь, я говорю прямо. Почему нам нужен союзник? Да потому, что две недели назад наш король получил от короля Уэссекса, мужа сестры и союзника, роскошный подарок, даже четыре подарка: сестру обратно. А также ее нос и оба уха. Отдельно.
— Сволочь! — выдохнул Рис. — Подлец! Вот так… свою жену… Да его в порошок нужно растереть!
Граф положил ему руку на плечо.
— Вот мы и просим помочь наказать мерзавца. С убийцами из Нортумбрии мира быть не может, и вся наша армия там. Наши южные земли открыты перед предателями! Ради мести за родную кровь Пенда готов на многое. Даже признать себя вассалом короля Гулидиена. Если тот согласится помочь ему расправиться с мерзавцем. Или хоть задержать его, пока Пенда не покончит с врагами на севере и не развернется на юг. Резню Кер-Легиона тоже ведь не простишь…
— Нельзя простить, — посуровел Рис, — ты прав.
Этот город был занят Нортумбрией тридцать лет назад. Ни одного бритта победители тогда в живых не оставили. Даже молодых женщин, для которых обычно делали исключение дикие саксы, приплывавшие с континента в Хвикке…
— Я говорил с богиней, — продолжал граф, — и она признает: если падем мы, падете и вы. Она говорит — наоборот тоже верно. Так получилось, что у нас общие враги. Так не пора ли прекратить лить кровь и сказать: мы одно? И ради этого Пенда готов переступить через гордость и склонить голову перед Гулидиеном. Ты поддержишь меня?
— Решать будет брат, — Рис положил руку на плечо посла, — хоть я не думаю, что он откажется. Он хороший король, он настоящий рыцарь, и он не сможет отказать ни в старой дружбе, ни в святой мести.
— Разумеется, — граф повторил жест принца, — решать будет король Гулидиен. Но я благодарю тебя — мне был очень нужен разговор с умным человеком, который бы мне напомнил чувства истинных камбрийцев. Теперь я не усомнюсь ни в помощи, ни в дружбе.
Крепко сжал плечо принца Риса и вышел из шатра. Тут же шевельнулся полог. Появилась Гваллен — коромысло через плечо, как простая хуторянка тянет тяжелющие ведра с водой.
— Это волшебные ведра и волшебная вода. — Принцесса улыбалась. — А вредная сида сказала, что я все должна сделать сама…
— Что?
— Сейчас. Сниму ведро. Возьму в руки… Получай!
И вода устремилась на принца. Больше половины не долетело. И все-таки — в лицо брызнуло, да и весь перед промок мгновенно.
— Ты чего? — Рис глупо улыбался. Какая-то новая игра? Гваллен большая затейница…
— А того. Охолони. Неметона вон после разговора с послом на себя вылила три и час с ученицей весь разговор по словечку разбирала. А тебе одно словечко велела сказать. А если не поможет, так и заклинание прочитать.
— Какое словечко?
— Кер-Глоуи.
Рис дернулся. Это слово было ближе. Вот там и оставили в живых женщин. Точнее, позволили выжить тем, что смогли… А Гваллен продолжала:
