— Всенепременно. Как только выдастся на то возможность, я обязательно заеду к вам. Возможно, что дня через два-три. И, кстати, вам очень идёт это пальто, и ваши гла…. Эээ, да, вам пора, княжна! До свидания, — оборвал он сам себя. Эта девушка делала его совершенно беспомощным, он даже начал ловить себя на желании делать ей комплименты. Хотелось ухаживать за ней так, как это и было раньше, в классической манере. С цветами, вкусными конфетами. Тортами на знаменательные даты. Целовать ручки, щёчки и только уже совсем перед свадьбой в губки.
Уже провожая княжну, он всё же удостоился чести прикоснуться губами к нежной и тёплой коже на запястье. Выпустив её руку из своей, он смотрел, как она садится в автомобиль и уезжает, увозя с собой его сердце, как бы это пафосно не звучало.
Вечер уже давно наступил, а ехать домой совершенно расхотелось. Работы хватало, и Керенский принялся разбирать завал бумаг, состоящий из докладных записок, отчётов, уведомлений и прочей рутины. Провозившись с ними до позднего вечера, он снова вызвал автомобиль и уехал на нём домой, вместе с первым адъютантом Кованько.
Приехав на квартиру, Алекс по настоянию жены посмотрел на «своих» сыновей, чмокнул в щёчку супругу, на секунду представив, что это щёчка княжны, и завалился спать. Ольга Львовна попыталась сделать слабый намёк на супружеский долг, но он отмёл все её вялые попытки.
— Дорогая, у меня очень много дел, не до любовных утех сейчас, когда революция только набрала ход, — эту фразу он пробормотал уже полусонным голосом и через пару минут заснул крепким сном без сновидений.
В это время, рассказывая матушке о результатах своего визита к министру юстиции, княжна Оболенская думала о нём. Её мама и сестра с неприкрытым интересом слушали подробный рассказ, восхищаясь настойчивостью сестры и дочери.
Вскоре явились люди из милиции, а потом и из созданного УГРО и пообещали, что их больше никто не будет беспокоить. А Ниночка надеялась снова увидеть министра Керенского, ведь он ей обещал и смотрел на неё ТАКИМИ глазами, что каждая уважающая себя незамужняя девушка должна понимать, что так не должны смотреть женатые мужчины. Но ей это внимание нравилось и льстило. Оттого она и хотела вновь увидеть революционного министра. И пускай смотрит на неё также, это ведь не запрещено…
Глава 19. Петропавловская крепость
"Война не на жизнь, а на смерть богатым и прихлебателям, буржуазным интеллигентам… с ними надо расправляться, при малейшем нарушении… В одном месте посадят в тюрьму… В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами… В четвертом — расстреляют на месте… Чем разнообразнее, тем лучше, тем богаче будет общий опыт…" В.И. Ленин
Сегодня, двадцать девятого марта тысяча девятьсот семнадцатого года, Алексу Керенскому всё же удалось вырваться не только из цепких лап жены (дочка полковника Генерального штаба, между прочим), но и из министерства.
Ему весьма кстати вспомнился анекдот о Ленине, где тот всем говорил, что он занят. Жене сказал, что идёт на работу, любовнице — что к жене, а на работе, что к любовнице. А сам на чердак, и учиться, учиться, учиться. Этот анекдот он в детстве слышал от своего деда и случайно запомнил его.
Усевшись в автомобиль с двумя вооружёнными до зубов адъютантами, Алекс выехал в сторону Петропавловской крепости. Ехать было недалеко, и автомобиль вскоре прибыл на место.
Коменданта крепости заранее предупредили о приезде высокого гостя телефонным звонком, поэтому Керенского уже с нетерпением ждали у главного входа. Это был подполковник Лисунов Сергей Михайлович. Вытянувшись во фрунт, он приветствовал министра юстиции, приложив руку к зимней папахе.
— Господин министр…, - начал было доклад комендант.
— Товарищ. Обращайтесь ко мне: «товарищ министр юстиции», — оборвал офицера Керенский.
— Есть, товарищ министр. Вверенная мне крепость находится в боеготовом состоянии и выполняет все свои функции по прямому назначению в полном объёме.
— Так, значит, у вас всё хорошо? — заложив правую руку за отворот пальто на груди, спросил его Алекс, не понимая всех этих военных слов.
— Так точно!
— Прекрасно! — Алекс продолжил осматриваться по сторонам, с любопытством разглядывая внутренний двор и здания, расположенные на территории Петропавловской крепости.
— У вас находятся арестованные царедворцы?
— Так точно! Арестованные министры царского правительства, а также жандармские и полицейские чины находятся в тюрьме Трубецкого бастиона.
