Ворочалась с боку на бок, пока не надоело и не встала чай заваривать. Ромашка где-то была… В местной лавке россыпной покупала, прям целые головешки желтенькие, такие цельные, крепкие. Точно помогут от мыслей лишних избавиться.
Проверила в окно — машина на месте. Все тихо.
Луна. Ночь.
И будто зовет что-то. Или кто-то. Неслышимо, но ощутимо, что паучок по коже ступает. Или вот бабочки эти.
Лунная дорожка на воде. И тень ее, Кери, на песке, такая дрожащая, длинная, несуразная.
И когда выйти успела? Обнаружила себя на полпути к воде, с кружкой горячего чая. Поежилась от прохлады. В пижаме легкой не стоило бы бродить ночью по пляжу. Да и вообще не стоило бы так поступать, не только из-за пижамы.
Лунная тень… надо же, никогда не случалось видеть доселе.
Обыденность. А снова кажется, что за нею нечто большее… как с лосем — или оленем? — тем.
Две бабочки кружили вокруг, третья присела на руку. Кери не стала ту прогонять. Пусть.
Пусть отдохнет.
Приближение пса заметила, когда тот уже на расстоянии пары метров был. Большой, пушистый, в лунном свете его шкура серебрилась, казалось — светится. А глаза желтые, яркие.
Буравит взглядом Кери, словно она его покормить забыла.
Укоризна прям человеческая в глазах.
Испугаться Кери забыла. То ли слишком заторможенная от бессонницы, то ли ночь такая.
Ждала приближения пса — иного зверя? — и не дергалась. Будь, что будет. Бежать не хотелось абсолютно. Отчего-то хотелось танцевать…
Зверь медленно подошел и ткнулся мордой в ноги. Причем так, целеноправленно, к дому подталкивая.
— Ты чего? — спросила, естественно не ожидая ответа. Просто голос свой чтобы услышать, развеять ту странную пелену, что окутала словно лунный свет. Вернуться из этой ночи в реальность.
Ладонь коснулась мягкой макушки, и зверь дернул ушами, засопел громче. Подтолкнул сильнее, заодно и ладонь лизнув. Язык шершавый и горячий. И мокрый такой…
Кери хихикнула и отдернула пальцы.
В кровать вернулась как во сне. И настоящий сон накрыл волной, черной, уютной.
Наутро не помнила, то ли приснилось это все, то ли в самом деле она зачем-то на улицу ночью выперлась.
Лунатизмом, насколько она знает, прежде не страдала.
Поднялась рано. Настрой решительный.
Кого ей там сегодня предлагали навестить? Она готова.
Проверила газовый баллончик в рюкзаке, переложила в боковой карман, чтобы под рукой. Для надежности еще нашла на кухонной полке пакетик молотого чили и тоже прихватила.
Шорты и майка, на плечи длинный свитер, если вдруг похолодает. На руки любимые самодельные браслеты и короткие бусы из оникса на шею. Они всегда с ней.
Шляпу тетушкину не забыть…
Солнце яркое, распогодилось, тепло. Отличный день будет.
Притормозить заставил Мэт, который поспешно шорты натягивал. Носит он их, оказывается, на голое тело.
Кери встала столбом, будто в стенку врезалась. И нет, чтобы отвернуться. Глаза выхватывали то одно, то другое… то пресс, то грудь, покрытую светлыми волосками, то линию плеч… то длинные ступни на каменной дорожке…
— Утро… гм, доброе!
Кери подняла взгляд на его лицо. Он как раз футболку натянул и улыбался во все зубы, поправляя ткань.
— Что это вы тут устроили?
— Мы вроде вчера на «ты» были?
Вопрос проигнорировал. Кери и рада… Вопрос-то глупый. Бегал он с утра, что иное? Купался голышом, а потом шорты натягивал, которые, видимо, в машине лежали.
И не собирался он воображение Кери поражать стриптизом. Да и стриптиз вроде, это когда раздеваются, так? Он же одевается. Все прилично.
Сама она на пустом место поражаться горазда.
— Точно. Утро доброе, — и лицо посерьезнее сделать, и не краснеть.
Краснеть вот совсем не надо. Кери натянула шляпу поглубже и солнцезащитные очки надела.
— Поехали?
— Куда? И каким боком ты ко всей этой истории? Почему помогаешь?
И помогает ли? Или ловушка?
— К Изольде поедем. Там и позавтракаем, и поговоришь с ней, наконец. Тоже мне, нашла к кому обращаться. Молл продаст и глазом не моргнет.
— Его вообще-то убили.
— Туда ему и дорога.
Он ворчал, но делал это как-то так… по-семейному, уютно, так что не раздражал. Да и смысл самих слов норовил ускользнуть за тихим тоном.
Вопросов стало больше прежнего. Кто такая эта Изольда, которую Кери заранее почему-то невзлюбила, и почему именно с ней надо говорить?
Откуда такая антипатия к Эндрю Моллу?
Сам Мэт не хочет объяснить? Явно же знает больше, чем показывает.
— Как спалось? — спросил как ни в чем ни бывало.
— Отлично! — подозрительно покосилась на его сосредоточенный профиль. Знает ли о ее ночных похождениях?
Сама сделала вывод, что поход на пляж имел место быть. Не приснилось. С голых ступней на белые простыни насыпался песок. Обычно она никогда бы с грязными ногами в кровать не залезла.
— Ты следил за мной?
— Самую малость.
— Откуда узнал, кто я?
— «У Тихого» — это у меня.
Он тот самый Тихий? Не океан? Владелец земли с десятком бунгало? Хотя да, и в самом деле тихий. И голос, и повадки.
Кери облапошилась по полной программе. Могла бы и на фамилию подруги аренду оформить… Да-да! Нет у нее особо подруг, но ради такого случая стоило постараться и попросить хоть кого-нибудь.
