…С тех пор события в параллельной Вселенной стали развиваться весьма стремительно. Неугомонная Шпагина лезла с ворохом творческих идей во все аспекты своего нового очень крутого проекта. Ей не нравились танки — в них было некомфортно и неатмосферно. Вместо жестких табуреток туда поставили удобные кресла-мешки, патифоны с релаксирующей этникой и настольные игры. Модели формы Шпагина тоже разработала сама. Меньше пафоса и больше кажуала! Ужасные каски заменили на шляпы, а сапоги — на модные кеды со свастикой и вышитой шпагинской подписью. На маечки нанесли героев союзного аниме. Черепа отовсюду убрали — Шпагина не собиралась косить под «Филипп Плейн». Днища самолётиков были выкрашены в яркие цвета и подсвечены, чтобы с земли за ними было красиво наблюдать. Каждый ночной вылет должен был стать потрясающим перфомансом. Карты СССР перерисовали молодые художники Кройцберга в стиле «я так вижу», и чтобы разобрать их видение, Йодлю пришлось изобрести «Энигму-2» для расшифровки нужного участка местности.
Не забывала Шпагина и о соцсетях. Каждое утро на первую полосу «Фёлькишер беобахтер» Шпагина выкладывала свои посты.
«Я верю в магию газеты! На очень крутой проект в артконцлагерь „Освенцим“ срочно ищется ландшафный дизайнер! Подробности по телефону!»
Или фото фюрерской руки с чашечкой кофе и подписью «Не сплю 3 дня (((со мной Бог и капучино!»
Старт очень крутого проекта назначили на 22-е июня. За месяц до этого Шпагина к ужасу подчинённых развернула рекламную кампанию. Аниматоры по всему миру раздавали на улицах флаеры. Были организованы флэшмобы и пресс-конференции, танковые заводы временно перешли на выпуск сувенирной продукции. А в ночь на 22-е у западной границы СССР был организован масштабный оупен-эйр с пеной, водным представлением, выступлением звёзд, а начиная с 03:59 — совместным обратным отсчётом по системе громкоговорителей.
…В параллельной реальности очень крутой проект Шпагиной действительно уложился в 4–5 месяцев. Конечно, первые пару дней параллельный Сталин тоже не верил в нападение. Даже рассматривая флаеры и слушая радиотрансляцию с оупен-эйра. Он считал шпагинскую Германию кем угодно, но только не идиотами. Это дало возможность шпагинским войскам продвинуться на несколько километров вглубь СССР. Но потом, не оценив авиаперфомансы и трендовость пехоты противника, советские войска стали навешивать шпагинцам люлей, и в новогоднюю ночь 41-го года параллельные Егоров и Кантария воткнули Красное Знамя в крышу исцарапанного русским матом Рейхстага. Очередной очень крутой проект Шпагиной подошёл к концу.
Под покровом новогоднего салюта Шпагина успела сбежать в Аргентину. Чтобы её не вычислил вездесущий «Моссад», она сменила фамилию на безликую «Гитлер» и поселилась в рабочем пригороде Буэнос-Айреса.
В такой маленькой квартире и так далеко от МКАДа она ещё не жила.
Оглоблин проснулся среди ночи от смачного удара по лицу.
— Ах ты ж ёбыная ты скотина!!! — прокомментировал свой удар некто. Оглоблин продрал глаза и непонимающе уставился на небритого мужика, невесть откуда появившегося в оглоблинской квартире. Мужик яростно топал по ковру, пытаясь утихомирить пламя, расползающееся вокруг обронённой Оглоблиным сигареты.
— Ты кто, бля?! — возмутился Оглоблин. Ответом ему был размашистый джебб, отправивший Оглоблина в одеяло пребывать в коротком нокдауне.
— Пидорас, господи, ну какой же пидорррррас! — запричитал мужик, вернувшись к тушению пожара стоптанными туфлями.
— У тебя… у вас там на спине… Это крылья, что ли?! — пискнул Оглоблин и на всякий случай юркнул под одеяло, испугавшись, что еще одного «ответа» его лицевые кости точно не выдержат.
— Крылья… И скоро их не будет. Если узнают, что я тебе показался, мне точно ****ец. Мля, у всех люди как люди, ну почему, ПОЧЕМУ ты у меня такой долбоёб?!
— Вы это, гражданин… Полегче с выраже…
— Чего, бля?!
— Только не по лицу!!!
Закончив с ликвидацией возгорания, пернатый мужик устало сел на журнальный столик и закурил.
— И зачем я тебя только взял… — произнёс он.
— Куда взял?! — вопросило одеяло с Оглоблиным внутри.
— Я твой ангел-хранитель, дубина. Слушай, я… Я, правда, заебался. Тридцать семь лет не спал. Ладно ты жрал мамины пластинки. Но я понимаю, тебе пять лет было. Дети всегда аварийные. Но, блять, потом же мозгом можно было разжиться, чувак?! Чтобы понять элементарные правила? Например, что не надо в хинкальной называть лезгин овцеёбами, чтобы ножом не прилетело?
— Да там ***ня же, по касательной…
— По ка-са-тель-ной?! По блять мать его касательной?! — заорал ангел и поднял свитер. Выглянувший из-под одеяла Оглоблин узрел наливной шрам на ангельском теле.
— Или что не надо лампочку вкручивать, пока свет не вырубил? — ангел продолжил экскурсию по своему телу, полному шрамов, ожогов и неправильно сросшихся костей, — Под балконами срать? Бухим в море лезть? Лошадь сзади пугать? Незнакомую бабу без резины трахать? Шрамы не ищи, там просто уколы были… Да хули тут далеко ходить! Ты перед сном вчера чайник ставил?
— Ну ставил…
— А газ ты выключил?
— Блять!!!