Прошло два года, как мы с родителями попали в клан оборотней. Казалось бы, все наладилось: отец открыл обувную мастерскую, мама – пекарню, а у меня появились не только друзья, но и парень.Но однажды все это рушится. Тот, кто просил его ждать, находит другую, и моя соперница – оборотень. Тот, кого я изо всех сил пытаюсь избегать, не оставляет меня в покое. А лэрд…Лэрд захотел стереть мои чувства, заморозить их, потому что они его обжигали.
День, когда я потеряла Этана, я помню так же отчетливо, как день отъезда из родного городка. Да и ощущения в чем-то схожи: чувство утраты, одиночества и неизбежности…
Помню, как я обрадовалась, увидев, что на столе лежит белый конверт. Помню, как бросилась к нему с радостным визгом, а потом зажала рот рукой и кралась на цыпочках, чтобы никого не разбудить, и чтобы никто не помешал прочитать письмо.
Помню, как нетерпеливо вскрывала конверт, и как дрожали мои пальцы, прикасаясь к долгожданным строкам. И так же отчетливо помню, как долго ускользал от меня смысл написанных фраз…
«Привет, Керрая!
Хотел бы я, как и прежде, написать „мой цветочек“, ручка сама несколько раз именно так и выводила на листке, пришлось переписывать. Мне кажется, больше я не имею права так тебя называть. Это было бы неправильным.
Керрая, прости, скорее всего, я сделаю тебе больно, но я должен признаться. Я встретил другую девушку, и мы сейчас вместе. Поверь, ты для меня всегда останешься светлым лучиком, который глубоко засел в сердце, но то, что я чувствую сейчас – это другое.
Прости, что говорю тебе это. Прости, что так получилось.
Керрая, я бы очень хотел, чтобы ты не хранила в сердце обиды на меня, и мы остались друзьями. А, может, ты и раньше воспринимала меня только как друга, знаешь, мне иногда казалось именно так. И тогда мое письмо не расстроит тебя. Тебе очень идет улыбка, и я бы очень не хотел, чтобы тебя кто-то расстраивал, а тем более я.
Прошу, не сердись, если я неправ и если мое письмо покажется тебе полным бредом. Знай, что я все тот же Этан, который с первого твоего дня в клане всеми силами стремился тебя оградить от неприятностей. Здесь ничего не изменилось, Керрая. И если однажды тебе понадобится моя помощь, я сделаю все, что смогу. Хочу, чтобы ты понимала и помнила это.
И еще, Керрая, не выбрасывай розу, которую я подарил. Она твоя, пусть защищает тебя, как раньше.
Да, я понимала, что это письмо Этана: успела привыкнуть и к его почерку, и к построению фраз, да и подпись видела, но не могла понять, что именно он написал.
Вернее… как Этан мог написать такое?…
Не верю. Не он. Не бывает…
Это первые мысли, они отвергали предательство, не позволяя поверить, что вот так, легко можно кого-то забыть.
А потом, наверное, после третьего раза, когда за слезами практически не было видно строк, я поняла. И смогла принять, что да, так бывает. Бывает, что на пути мы встречаем кого-то другого, а тот, кто был в прошлом, там и остался.
В данном случае – я.
Было больно, и… было много эмоций, о которых я не хочу вспоминать. Они были. И я имела на них такое же право, как Этан имел право на счастье. С другой. С той, которую встретил и которую полюбил, а я…
Мне он в любви не клялся.
И я всегда знала, что однажды это случится.
Он уйдет.
Я останусь.
Что ж… это жизнь…
И надо дальше дышать, через боль, через разочарование, через слезы, через лопнувшие надежды.
Так бывает, что иногда кого-то приходится отпускать.
Бывает.
Я не первая, не последняя, я…
Вытерев слезы и взяв ручку, я написала то, что должна была написать, чтобы не показать ему всей глубины своей боли.
«Я не сержусь. Я желаю тебе счастья.
Не знаю, сколько бы мне понадобилось времени, чтобы прийти в себя, если бы у меня было время. Но, постучав в дверь, мама сказала, что ко мне пришел молодой человек, и я, пусть и с трудом, но вспомнила, что у меня сегодня радостный день.
Да, радостный. Вопреки полученному письму. Вопреки тому, что Этан любит другую.
У меня день обновок!
