Определенно удивленные Медведь и его помощник стали пятиться к воротам дома. Вскоре они вышли в калитку, сели в «хаммер» и быстро скрылись из вида…
Гавриловка, Нижегородской области…
– Что это за дела, Медведь! – возмущался Малый. – Какая-то городская простипома взяла нас на мушку. Ведь у нас в машине были стволы. Да еще и сейчас не поздно вернуться и разобраться!
– Ша! – грозно рявкнул Медведь. – Успокойся! Это моя родина, здесь меня каждая собака знает! И я не хочу устраивать здесь мордобои и кровопролития! Да и никуда этот Алексей и его девка не уйдут.
Мгновенно улыбнулся и добавил:
– А девка хороша! Огонь!
«Хаммер» остановился в конце деревни возле полуразвалившегося деревянного дома.
– Ждать здесь, – строго бросил Медведь помощнику и водителю.
Взял бутылку водки и направился в неприглядный дом. В нем проживал отшельником его старый, со времен школы, товарищ с символичной фамилией – Староверов. Товарищ был очень активным в молодые годы, именно поэтому и лишился левого глаза. Имел он и одну отсидку за хулиганку.
За скромным столом авторитет многое узнал от сотоварища, и о гостях тетки Клавы, и о Борисе Черногорове. О депутате Черногорове (в определенных кругах известного как Красногор) Медведь был осведомлен, имел и общих знакомых.
Прощаясь, авторитет положил на стол пачку денег и бросил:
– Береги себя, Старовер. Думаю, еще свидимся, а может, еще и дело какое вместе провернем.
После этого «хаммер» взял курс на Семенов…
– Лихо ты, дочка, разобралась с бандитами, – качая головой, вымолвила тетя Клава.
– К сожалению, тетя Клава, у меня есть неприятный опыт общения с такого рода публикой, – строго вымолвила Анна. – Алексей, ты не хочешь прогуляться на речку?
Алексей в это время невесело раздумывал о случившемся инциденте с семеновскими бандитами и возможных последствиях. Думал, что им делать далее…
– Сходите погуляйте полчасика, поговорите, милые, – бросила хозяйка. – Я пока покушать приготовлю.
Молодые люди молча направились к берегу реки…
Нижний Новгород, ГУ ФСИН России по Нижегородской области, кабинет начальника управления
В помещении присутствовали четверо мужчин, включая представителя центрального аппарата службы.
Только что капитан Каплан, следователь регионального управления ФСИН, доложил о предварительных материалах побега и поимки троих заключенных из учреждения ИК 79/5 поселка Сухобезводное.
– По вашим данным получается, что им никто не помогал с воли? – бросил хозяин кабинета, начальник Управления, генерал-майор внутренней службы Цатин.
– Так точно. В ходе расследования такие факты не установлены, – отчеканил капитан.
– Получается, руководители учреждения элементарно прошляпили побег, – хмуро вымолвил хозяин кабинета.
– О реальных подельниках с воли у нас нет действительно никаких данных, товарищ генерал-майор, – подтвердил полковник Сверчков.
Присутствующий четвертый мужчина в штатской форме одежды из Москвы, помощник директора ФСИН России, что-то записывая в свой блокнот, тихо вымолвил:
– Подведем сухие итоги, товарищи офицеры, – поочередно строго взглянул на присутствующих. – В результате побега из учреждения поселка Сухобезводное погибло двое сотрудников учреждения, двое гражданских лиц и, при задержании, один полицейский. Вечная им память.
В кабинете повисло гробовое молчание.
– Данное чрезвычайное событие произошло по причине разгильдяйства в учреждении ИК 79/5, – строго продолжал мужчина в штатском. – Я напомню, в ходе последней проверки в учреждении было изъято 11 мобильных телефонных аппаратов, не считая ножей и заточек. А вы сейчас пытаетесь меня заверить, что с воли заключенным не оказывается никакого содействия, – на некоторое время замолчал, всматриваясь в присутствующих. – В части принятия кадровых и иных орг. мер по ЧП я буду докладывать директору ФСИН России следующее. Начальника медицинского пункта учреждения ИК 79/5 лишить звания, наград и отдать под суд. Начальника учреждения ИК 79/5 и его заместителя по оперативной работе уволить из системы по профнепригодности. Начальнику нижегородского Главного управления ФСИН объявить выговор, его заместителю по оперативной работе, полковнику Сверчкову – строгий выговор. Проявившему личное мужество и находчивость при столкновении с вооруженными преступниками студента Низова Алексея – представить к медали, – обвел всех взглядом. – Есть ли ко мне вопросы, товарищи офицеры?
В кабинете снова повисло гробовое молчание.
– Нет, – поочередно обозревая присутствующих, изрек мужчина в штатском. – Еще раз напоминаю о персональной ответственности и неукоснительном исполнении своих служебных обязанностей. Предлагаю закончить наше экстренное совещание и активно включиться в работу. Нам всем есть над чем подумать, пересмотреть свои планы работ, да и отношение к службе …
Алексей и Аня вышли на самый берег реки.
– Алексей, нам многое нужно сказать друг другу, сказать честно. Ты согласен?
