А ведь действительно - Кеша да и только! Метко и необьяснимо верно. Мы все это почувствовали, даже Катенька не стала спорить. Кеша прочно стоял на лапках, распушившись и явно расставшись с мыслью о побеге. Мне пора было ехать в магазин пополнить наши оскудевшие за неделю продовольственные запасы.Часа через полтора-два я вернулся. Было около восьми вечера, похолодало. Разгрузив машину и занеся пакеты с продуктами в прихожую, я поинтересовался у Иры, как поживает Кеша.
"А вот он, сам посмотри". - На длинном кухонном столе пестрела разноцветная корзинка - такие здесь продают перед пасхой набитыми зеленой пластмассовой соломкой, шоколадными зайчатами, игрушками и пластиковыми раскрывающимися яйцами с сюрпризом. Высокая полукруглая ручка корзинки была накрыта старым Катькиным одеялом еще с колясочных времен и все сооружение напоминало кровать с балдахином. Внутри, на плотной щирокой салфетке, уже помеченной в нескольких местах следами восстановившегося пищеварения, дремал Кеша. Он заметно поправился, крылышки разгладились, подсохли. Рядом с ним стояли открытая баночка кошачьего корма и кружка воды с с торчащей из нее пипеткой. Кеша приоткрыл один глаз и тихо чирикнул.
"Надоело каждый раз его вытаскивать из скворечника, возиться с этой сеткой, лентой. Да и холодно на улице, замерзнет ночью" - обьяснила Ира. "Пусть переночует у нас. Он, кстати, не возражает".
-"Я прочитала на интернете - продолжала она, - что его можно кормить консервами для кошек. Между прочим, там также написано, что выпавших из гнезда птенцов примут в любой зоомагазин и позаботятся о них".
-"Вот ты этим и займешься" - спорить с Ирой я не собирался, но Кешу отдавать не хотелось. "У них там зверья и без него хватает, забудут покормить, пропадет. У нас же Кеша один, вниманием, как видишь, не обделен, заботой и лаской тоже".
"В понедельник днем дома никого не будет, до обеда не протянет" - не унималась Ира.
-"Папа, ты же биолог"- вступилась за маму Алена, наша старшая дочка. "Отнесем в Петко и за ним там присмотрят".
-"А потом продадут Кешу кому-нибудь и проведет он остаток дней в клетке" - вяло сопротивлялся я, внутренне уже согласившись с доводами Иры и Алены. Помощь неожиданно подоспела от Катьки:
"Кешу никому не отдадим" - твердо заявила она.
"Папа, смотри, как он кушает" - Зацепив пластмассовым одноразовым ножиком маленький кусочек рыбего паштета - любимого лакомства Пушка - Катька поднесла его поближе к Кеше. Кеша тут же проснулся, громко застрекотал и, привстав на худеньких лапках и широко разинув клюв, ловко проглотил паштет. Почти одновременно, с задней стороны Кеши на салфетку вывалилась маленькая глинообразная лепешка помета. Катя тут же пипеткой набрала воды из кружки и выдавила несколько капель Кеше на кончик клюва. Кеша выпил, благодарно чирикнув. Все были довольны: Катя радостно возбуждена присутствием такого беспомощного, требующего ее внимания и заботы существа, Ира - своей находчивостью и Кешиной пристроенностью, я - и тем и другим, представляя, как Кеша поживет у нас дома недельку, окрепнет, улетит и будет возвращаться к нам красивым молодым робином, узнавая нас всех и садясь доверительно на плечо. Я, вообще-то, люблю наивно помечтать. Алена, убедившись, что я прислушиваюсь к маминым аргументам и не возражаю, пошла в свою комнату вести бесконечные телефонные разговоры с подругами. Кешу в корзинке поставили на пианино, прикрыв одеялом от яркого света лампы. Рядом с ним, на диване, Ира читала Кате книгу и каждые пятнадцать минут они обе с удовольствием и чувством ответственности соблюдали строгий режим Кешиного кормления. Часов в десять я остался в комнате один - Катька улеглась спать, Ира пошла отдохнуть. Посмотрев немного бокс по телевизору, я покормил Кешу натуральной, без химии и добавок-консервантов пищей: единственным оставшимся червяком, покрытым прилипшими кусочками земли. Кеша не капризничая поужинал и скромно запил калорийного червяка капелькой воды. Плотно закрыв двери - среди многих достоинств Пушка было и умение сноровисто открывать когтистой лапкой незахлопнутые двери - я отправился спать.
Воскресенье - единственный день недели, когда мы можем вполне законно, не нарушая распорядка и никуда не опаздывая, по-настоящему выспаться. К сожалению, даже такое скромное удовольстие часто бывает недоступным. Капризная Катька, которую в будни поднять с кровати мягко говоря непросто, по выходным вскакивает как солдатик спозаранку, разбуженная внутренней радостью, ощущением беззаботного, свободного от школы дня и, как маленький слоненок, топает вниз по лестнице смотреть телевизор. При этом она усиленно "оберегает" наш сон, старательно и гулко закрывая сначала приоткрытую дверь нашей спальни, а потом звонко стукая двухстворчатой дверью в гостиной. Но в это воскресенье разбудила меня не Катька, а Ира: