Кетчуп Шредера полностью

Ночь я провел над сырками. Пытался оседлать Пегаса. Но как раз это получилось у меня довольно средне… На вторую ночь – то же самое…

КЛИМЕК и АНКА меняют позу.

На третью ночь дело пошло, может, чуть по-другому, но сыркам это не слишком помогло.

Опять новая поза.

Эй! Ты всегда просыпаешь самый интересный момент! Впрочем, ладно, спи… Мне нужен наводящий вопрос… Спроси, неужели я и дальше так вот трахался, вместо того, чтобы работать? Вот именно, спасибо…

КЛИМЕК наливает остаток водки, кола уже кончилась, пьет «чистую» за здоровье АНКИ.

А вот и нет… Только три ночи… У меня оставалось еще четыре часа. Масса времени, чтобы создать нечто гениальное… Но – осечка! Знаешь, проводились такие научные исследования. Действительно ли шоферы, не израсходовавшие свою сексуальную энергию, ездят гораздо быстрее, чем те, кто удовлетворение получил. Понимаешь? Как натрахаешься досыта – снижаешь скорость. Этот подонок знал, что я замедлю ход – вот откуда его заботы обо мне… Не знаю, кто ему сказал, что поэт остается истинным поэтом только до момента соития… Если бы Мицкевич переспал с этой своей Марылей, то сейчас в пантеоне великих царствовал бы в одиночестве Словацкий Юлиуш Словацкий (1809-49), польский поэт и драматург…. Да, да… Одно из двух – воспроизводство или производство, продолжение рода или творчество…

АНКА выходит, собрав одежду. КЛИМЕК садится перед компьютером, пытается что-то писать.

Как все просто… Но тогда я еще не знал, что, собственно, происходит. Что, черт побери, происходит?! (Ударяет кулаком по клавишам.) И эти слова… Великие слова… Не знаю почему именно сырки решили рекламировать в библейском стиле… Однако, решили… После долгих часов смертельной схватки, из-за отсутствия лучших идей, я был вынужден прибегнуть к возвышенной простоте.

КЛИМЕК пишет, после чего включает принтер.

Понимаешь, речь могла идти о нескольких вариантах. «Сырок Кайетан это счастье», «Сырок Кайетан это любовь», возможно, «Сырок Кайетан это рай». Сам не знаю почему, но я решил использовать любовь…

КЛИМЕК вынимает бумагу из принтера.

Идя к Майку я страшно боялся. Во мне, видишь ли, сидело глубокое, приобретенное давно, в совершенно другой сказке, уважение к словам. К некоторым словам. Разве нет слов, ну… все же немного вроде бы святых? А здесь – такое аморальное несоответствие – сыр и любовь! Все так, но Майку наверняка будет все равно… (Выходит.)

Затемнение.

Освещается кабинет МАЙКА. МАЙК, КАСЯ, входит КЛИМЕК. Подает МАЙКУ бумагу, тот читает. Он зол.

МАЙК. Парень! Что это за говно?! Are you crazy?! Что значит «Сырок Кайетан это любовь»?! Старик?! Как только могло это прийти в твоя голова?! Ну как?! Ты что, действительно думаешь, что я приму сравнение сыра с любовь?!

КЛИМЕК. Но…

МАЙК. А ты знаешь, что это прежде всего аморально?!

КЛИМЕК. Ну… Мне казалось, что… современный мир… Что такие слова… Понимаешь, по… подвергаются смысловому переносу… Что возможно согласиться… с таким эффектом отчуждения, когда… Ну, когда первоначальное значение как бы стирается, понимаешь…

МАЙК. Что ты несешь?! Неделя прошла и что?! Сыр это любовь?! И я должен дать это наш клиент?! Парень, ты сам хоть вообще знаешь, что такое любовь?! Для тебя любовь это сыр?! Ты не мог спросить кого-нибудь поумнее? Каждый в JBJ&Hendry мог бы тебе объяснить, ты тупица!

КЛИМЕК. Знаю, что сыр это не любовь, но…

МАЙК. Знаешь? Кася, что такое любовь?

КАСЯ (свысока). Любовь это увлажняющий крем «Мерилин».

МАЙК. Thats right! «Он ласкает твоя кожа»… или как там еще… Видишь, глупец? Даже secretary знает это! А ты? Ты понимаешь как это аморально? Красть чужой слоган?!

КЛИМЕК. У меня есть еще два варианта.

МАЙК. Какие?

КЛИМЕК. Вместо любви… может быть счастье…

МАЙК. А это шампунь от перхоть, дальше!

КЛИМЕК. Рай?

МАЙК. Какой еще рай? Рай это жевательная резинка «Принц»! Любой подросток в эта страна знает! Oh, my friend, я весьма, весьма разочарован. Весьма! (Отдает КЛИМЕКУ бумаги.) Жду до завтра!

КЛИМЕК выходит, кабинет МАЙКА затемняется. КЛИМЕК входит в свой кабинет, обращается к спящему РЫСЕКУ.