Фанфик по произведениям Джоан Роулинг.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. «ВЕДЬМА НЕДОДЕЛАННАЯ»
Девочка, на которую никто не покушался
Кэтрин Эбдон была обычной девочкой одиннадцати лет. Одиннадцать ей исполнилось только вчера, а сегодня её разбудил звон посуды. Мать Кэти, Анна Эбдон, прибиралась после вчерашней вечеринки, которая была устроена по поводу дня рождения дочери. Ей помогала одна из приятельниц, Сью Тэнси. Они наводили порядок в гостиной и негромко болтали, наверное, сплетничали о вчерашних гостях.
Кэти, приподнявшись на локте, посмотрела в окошко: солнце уже приготовилось залить комнату ярким светом. «Пора вставать», – решила Кэти. На сегодня у неё запланирована куча дел. Нужно хорошенько рассмотреть подарки, позавтракать, а потом идти на встречу с каштаном.
На самом деле, то, что Кэти обычная девчонка, – это не совсем верно. Не всякий одиннадцатилетний ребёнок походу в кино предпочтет поход в библиотеку. А вместо того, чтобы часами болтать с подружкой по телефону, – каждое воскресенье, в любую погоду, отправляется в парк рисовать одно и то же дерево.
Все дети любят рисовать – это так. Однако у Кэти обычная детская забава превратилась в нешуточное увлечение. Одиннадцать лет – это, конечно, совсем немного, чтобы говорить о каком бы то ни было серьёзном хобби. И всё-таки родные и знакомые Эбдонов давно знали: для Кэтрин нет лучшего подарка, чем хорошая акварель или кисточки.
Но на вчерашний день рождения дочери Анна позвала собственных знакомых, и далеко не всем было известно об увлечении Кэтрин. Поэтому среди подарков преобладали сладости. А ещё Кэти подарили большого плюшевого, почему-то сиреневого, бегемота и куклу Барби в элегантном наряде. Куклу! Кэти фыркнула: никогда не любила играть в куклы. Когда она была совсем ребёнком, то пробовала, конечно, играть с подружками в дочки-матери, но даже тогда не видела в этом толку.
Кэти выбралась из постели, потянулась к заставленному подарками столику и вытащила из-под белокурой красотки в ядовито-зелёном платье коробку цветных карандашей. Хорошие карандаши. Ещё раз выглянув в окно, Кэти удостоверилась, что погода её не подведёт, и положила карандаши обратно. Нет, сегодня она сделает свой еженедельный набросок акварелью. А потом немножко развлечётся: поищет белку или птичку. Или кошку! Кэти обожала кошек. Правда, рисовать животных очень трудно – они ведь постоянно двигаются. Взять ту же кошку: даже когда она дремлет, у неё иногда шевелятся уши, подёргиваются лапы, будто она бежит или дерётся, а в самый ответственный момент она вдруг широко зевает, усаживается и смотрит на тебя круглыми жёлтыми глазами.
Когда Кэти уже была готова выйти из комнаты, к ней вошла мама с большим пакетом в руках.
– Привет, дорогая. Это прислал дядя Вилли. Наверное, как всегда, забыл про твой день рожденья, вот и пришлось впопыхах искать подарок и посылать с курьером, – Анна поджала губы. Она недолюбливала мистера Брайтмена, своего кузена; наверное потому, что тот, в отличие от неё, преуспел в жизни, был удачливым бизнесменом, и, в отличие от неё, мог позволить себе второпях выбросить кучу денег на какую-нибудь ерунду.
Какую-нибудь ерунду, вроде прекрасного складного мольберта! Кэти от восторга даже забыла, что нужно дышать. Она не смела и мечтать о такой чудесной вещи. Великолепный складывающийся мольберт с палитрой для красок, стаканчиками для воды, полочкой для всяких мелочей. Всё удобно размещено в прочной холщовой сумке с множеством карманов.
Это неправда, что дядя Вилли забыл про её день рожденья! Такой подарок не выбирают наспех.
С лица миссис Эбдон не сходило кислое выражение. Вчера Кэтрин достойно вела себя с её гостями, и Анне не было стыдно за дочку. Но такой искренней радости от кучи подарков именинница не проявила. Сама Анна ещё месяц назад купила дочери нарядный костюм и туфли. Они заранее договорились, что это будет считаться подарком ко дню рождения. Кэти, конечно, порадовалась обновкам, и мать была довольна практичными покупками: и ребёнку подарок, и вещи нужные.
Ну что же, полезно иметь родственника, который может выбросить на ветер сотню-другую. То есть, не на ветер, конечно же, а для любимой племянницы.
Нельзя сказать, что миссис Эбдон не одобряла увлечения дочки рисованием. Нет, при случае она даже хвалилась перед своими знакомыми. Вот и вчера мать велела Кэти принести папку с акварелями и карандашными набросками. Анна сияла от гордости, слушая заслуженные похвалы своей дочери. Гости уделили достойное внимание этой папке, для них это было свеженькое развлечение. Правда, один из них, громко жуя яблоко, удивился:
– Так это маленькая именинница? А я думал, что мы празднуем
Кэтрин тогда немножко обиделась: и вовсе она не маленькая, а совершенно для своего возраста нормального роста.
И тот же толстый дядька, лениво перевёртывая листы альбома, протянул: «Люблю живопись! Она так э-э-э... украшает... м-м-м... нашу жизнь...»
