– В том то и дело, что мы уже пробовали, Кевин. Ты этого не помнишь, поэтому тебе будет сложно в это поверить, но мы уже пытались сегодня спасти Лили. Только что ты вернулся сюда в пятый раз. Но, как видишь, опять неудачно!
– В пятый?! Не может быть! Но почему?!
– Помнишь, я говорила тебе, что только тот, кто переводит время, помнит об этом? – Кевин кивнул. – Каждый раз, когда я переводила часы, ты попадал в одну и ту же ситуацию, не помня о том, что это с тобой уже происходило. Оттого ты даже не подозревал, что надо что-то изменить, и все события повторялись снова и снова!
– Ты хочешь сказать, что я уже возвращался на ферму пять раз, и, что пять раз происходило одно и то же? – Квинн кивнула, с жалостью глядя на Кевина.
– И это значит, что лошадь ударила Лили уже пять раз? – вдруг с ужасом воскликнул он.
– Вообще-то, шесть. Пять раз мы переносили тебя во времени, но был и еще один, самый первый раз, когда все это случилось – всего шесть.
– Так вот почему мне так все болит – ноги, спина, руки? Потому что каждый раз я бежал в лес и искал тебя! – вдруг догадался Кевин. – Но мы не можем продолжать переводить время назад снова и снова!
– Мы и не будем. Правда, ничего не выходит, мы не можем изменить эту ситуацию! – Квинн грустно смотрела перед собой. – Мне очень жаль…
– Ну, должен же быть какой-то выход! – Кевин не мог все бросить и просто опустить руки. – А, если Я переведу часы, то тогда я все буду помнить? Правильно?
– Да, – без энтузиазма кивнула Квинн. Видимо, они обсуждали это не в первый раз. – Но тогда Я все забуду! Я буду думать, что потеряла часы, а ты не сможешь меня найти, чтобы их вернуть. За это меня накажут или даже прогонят из дома.
– Как это – прогонят? – возмутился Кевин. Порой, родители могли его наказать и не выпустить гулять, но, чтобы наоборот? Такого он еще не слышал!
– Мне нельзя общаться с людьми и нельзя брать часы брата, а за то, что я объединила два запрета, да еще и дала часы человеку… Ох, Кевин, я, и, правда, не могу… Моя семья может очень испугаться и, возможно, нам всем тогда придется покинуть эти места и вновь где-нибудь заново обживаться…
– Ну, должен, должен же быть еще какой-нибудь выход! – Кевин вскочил и заходил туда обратно. – А, если ты меня предупредишь? Встретишь на ферме, например, и расскажешь, что сейчас должно произойти!
– Нет, не получится, – опять покачала головой Квинн. – На ферме есть собаки, которые охраняют территорию, они меня сразу же поймают. Вот, если бы…
– Если бы что? Ну? – глаза его загорелись.
– Мой брат, Бреннус, он умеет скрывать свой запах. Он как бы отключает его.
Помнишь, я рассказывала тебе про эксперименты профессора? Бреннус унаследовал от дедушки этот дар, но…
– Ты не можешь познакомить нас, потому что вам нельзя дружить с людьми?
– Не совсем. Дело в том, что Бреннус пропал, Кевин, – кончик ее хвостика стал совсем серым. – Он исчез в тот день, когда мы с тобой познакомились. Мы должны были встретиться неподалеку от озера, но он не пришел. Он никогда не пропадал так надолго, Кевин! Мы с родителями искали его всю неделю и обнюхали все вокруг, каждый уголочек парка Долины Ли, но, он, наверное, отключил свой запах! Бреннус всегда так делал, когда гулял по лесу… и теперь он словно сквозь землю провалился!
Как только Квинн произнесла последнюю фразу, в голове Кевина что-то щелкнуло. Он догадался, что могло произойти с Бреннусом!
– Квинн! Ты можешь с помощью своего нюха найти и повторить мой путь от станции поезда до того места, где мы с тобой встретились?
– Когда ты шел пешком домой неделю назад? – задумалась Квинн. – Нет, Кевин, вряд ли, с тех пор уже три раза шел сильный дождь, боюсь, он смыл все запахи. А в чем дело?
– Нам нужно найти одно место… Но я не помню, где оно… Как же быть… А мячик? Ты можешь унюхать мяч?
– Конечно, – обрадовалась она и вскочила. – Это такой, с которыми играют собаки? – Квинн на секунду скрылась в кустах. Когда она вновь появилась, в зубах у нее был желтый мячик. Она положила его перед Кевином. – Вот! А зачем?
– Ух, ты! – восхитился он. – Только это теннисный, а нам нужен футбольный, побольше. Вот такой, – и он руками показал размер необходимого мяча.
– Поняла! – кивнула Квинн и принюхалась. – Поблизости нет ни одного, но вот в той стороне их шестнадцать, в этой семь, а там…
– Мне нужен красный, – добавил Кевин и тут же смутился:
– Прости, это я сказал не подумав.
– Нет, почему же, цвет – это отличная наводка! – обрадовалась Квинн и вновь принюхалась. – Красный мяч лежит вон в той стороне, и он единственный в этом лесу, но, боюсь, что он тебе не поможет! Ты с ним не поиграешь, потому что он порван!
– Еще как поможет! Какая ты умница! Показывай!
Кевин не хотел ничего объяснять заранее, пока они не проверят то место, о котором он подумал, на случай, если он ошибся. Квинн бежала легко, без усилий, а Кевин с трудом передвигал ноги.
– Мы точно сегодня уже не искали этот мяч? – задыхаясь от бега, спросил он.
– Нет! И, надеюсь, искать мы его будем только один раз! – улыбнулась Квинн.
