Не докладывали? Читаем в воспоминаниях Хасбулатова: «“Жизнь Президента России слишком дорога, чтобы ею рисковать… Считаю, вы сделаете правильно, если прорветесь в посольство, расположенное рядом. Я же должен быть с депутатами и остаюсь с ними”. Повернулся и пошел к лифту».
И все же, пишет Ельцин, узнав, куда они собирались ехать, он категорически отказался покидать «Белый дом»: «С точки зрения безопасности этот вариант, конечно, был стопроцентно правильным. А с точки зрения политики — стопроцентно провальным… Это фактически эмиграция в миниатюре…»
Кроме того, замечает он, у нас не любят, когда иностранцы принимают слишком активное участие в наших делах.
Как же тогда понимать ту радость, которую испытал Ельцин от телефонного звонка президента США Дж. Буша, выразившего слова поддержки? Неспроста, наверное, приходили и визитеры из американского посольства в Москве, о которых Ельцин упомянул в своих «Записках».
И еще любопытная деталь. 12 сентября 1991 года в «Правде» было опубликовано письмо народного депутата РСФСР С. Перуанского под заголовком «Кто же спас Россию?».
«Мало кто знает такой факт: в ночь с 20 на 21 августа сотрудники американского посольства припарковали свои машины так, что проезжая часть одной из улиц, ведущей к “Белому дому”, была перекрыта, хотя танк прошел бы по ним, как по спичечным коробкам. Скажем же наше русское спасибо иностранным дипломатам за их трогательную солидарность. Россию спасали не одни москвичи. Россию спасла Россия при поддержке мирового сообщества наций».
В итоге Ельцина эвакуировали в бункер — подземное бомбоубежище, где он провел несколько томительных часов в ожидании штурма. Прислушиваясь к доносившимся звукам стрельбы, понимал, что выйти из бункера незамеченным уже вряд ли возможно.
Но штурма не было. Не планировался или отменили? Ельцин утверждал: все источники информации говорили о том, что ГКЧП к исходу 20 августа принял решение идти на штурм. Сначала он якобы был назначен на вечер 20-го, а затем перенесен на два часа ночи из-за недостатка сил и необходимости новых, свежих соединений, не подвергшихся агитации со стороны москвичей.
Ельцин приводит план этой операции. В нем девять пунктов.
1. Десантники под руководством генерала Александра Лебедя, взаимодействуя с мотострелковой дивизией особого назначения МВД (ОМСДОН), блокируют здание Верховного Совета со стороны посольства США и Краснопресненской набережной, взяв «Белый дом» в кольцо и перекрыв к нему тем самым доступ.
2. ОМОН и десантники вклиниваются в массу защитников оставляя за собой проход, по которому к «Белому дому» продвигается «Альфа», за ней — группа «Б», а потом — «Волна», подразделение КГБ Москвы и Московской области, в которое входят наиболее физически подготовленные сотрудники.
3. «Альфа» гранатометами вышибает двери, пробивается на пятый этаж и захватывает Ельцина.
4. Группа «Б» подавляет очаги сопротивления.
5. «Волна», разбитая на «десятки», совместно с другими силами УКГБ по Москве и Московской области осуществляет «фильтрацию»: выяснение личности и задержание подлежащих аресту, в числе которых — все руководство России.
6. Включенные в «десятки» фотографы запечатлевают ответный огонь защищающихся, чтобы можно потом сказать, будто те начали стрельбу первыми.
7. Спецназ КГБ блокирует все выходы из здания.
8. Проход в баррикадах проделывают специальные машины. Три танковые роты оглушают защитников пальбой из пушек.
9. С воздуха атаку поддерживает эскадрилья боевых вертолетов.
План был хорош, да случилось непредвиденное. Когда Ельцин поднялся из бункера, ему доложили: есть убитые, 3 человека.
«Во всех интервью и воспоминаниях военных, — излагает свою версию Ельцин, — почему-то упорно называют перемещение колонн бронемашин по Садовому кольцу, от улицы Чайковского к Смоленской площади, “патрулированием” московских улиц. Но это было не просто патрулирование, а последняя, отчаянная попытка какими-то перемещениями техники напугать, расшатать, разбросать толпу у “Белого дома”.
Так или иначе, но в подземном тоннеле на одну из машин набросили брезент, человек прыгнул на броню, раздались предупредительные выстрелы из люка — парень упал. Броневик рванул назад, волоча за собой по асфальту беспомощное тело. Еще двое, бросившихся на помощь упавшему, были застрелены… Ушли из жизни трое молодых ребят: Дмитрий Комарь, Илья Кричевский и Владимир Усов… Случилось то, чего в ту ночь, кажется, не хотел никто — ни военные, ни мы».
