Наконец затягивать ситуацию стало невозможно. Во-первых, скомпрометировавшего себя агентуриста необходимо было срочно выводить из игры. В любой момент его могли выкрасть и применить к нему психотропные вещества, что привело бы к непоправимым последствиям. За те сведения, которыми он располагал, в Лондоне отдали бы очень многое.
Во-вторых, к этому времени собралось достаточно веских улик, чтобы стопроцентно припечатать Якуба к скамье подсудимых, не оставив ему ни единого шанса выйти сухим из воды.
Поэтому на совместном совещании было принято решение: одного отправить в Союз, другого – под арест.
О Раджабали – главаре одной из наиболее сильных и влиятельных окрестных банд – Симирский слышал давно. Молод, амбициозен и горяч. Предводителем же стал совсем недавно, заменив убитого в ходе межбандитских разборок отца. Пережив сильное потрясение после этой жестокой и коварной расправы, Раджабали потерял покой. Душа требовала мести. И ради этого он был готов на многое, даже на сотрудничество с неверными.
Упустить такой шанс было нельзя. Встретиться с молодым главарем Симирский решил сам. Через посредников договорились о месте и времени.
Ночью в уединенном, находившемся за линией боевого охранения месте, окруженном черными остывшими каменистыми выступами, встретились двое. Один на один. Глаза в глаза. Разные, как тьма и свет. Без общего прошлого и общего будущего. Они нашли друг друга, преследуя диаметрально противоположные цели. Один – чтобы сохранить солдатские жизни. Другой – чтобы уничтожить своих врагов. На какое-то время они становились союзниками, чтобы потом разойтись навсегда…
–
– Как-то Раджабали рассказал, где находится единый архив бандформирований, действовавших в провинциях Герат, Шинданд и Кандагар. Никто не думал, что когда-нибудь «взгляд неверного осквернит эти страницы». В больших амбарных книгах велась подробная регистрация проведенных против нас операций, диверсий, засад. Но главное, там находились журналы учета душманской агентуры из числа местных жителей, живущих в ближайшем окружении наших войск. В них самым тщательным образом фиксировалось, кто, где, каким образом организовывал свою деятельность, подробно описывались все их подвиги, а также указывались суммы, выплаченные за «добросовестное отношение к делу», и прилагались расписки о получении вышеозначенных финансовых средств.
Проанализировав информацию, совместно с командованием было принято решение провести операцию по захвату этих документов. Во что бы то ни стало.
Хранили их в труднодоступном горном районе, в пещерах. С помощью агентурных данных выяснили детали: каким образом организована охрана, сколько человек задействовано, какое вооружение используется. Только после того, как необходимые сведения были получены в полном объеме, спланировали операцию. Чтобы душманы не успели уничтожить документы, необходимо было рассчитать каждый шаг: откуда начать штурм, где и какими силами атаковать. И главное – не допустить утечку информации.
Наконец наступило время «Ч».
Операция длилась несколько дней.
Район блокировали мотострелки. Артиллерия и авиация день и ночь крушили и бомбили душманов, не скупясь, поливали их смертоносным огнем. Сотрясая землю, сотрясая скалистые гребни, сотрясая горное эхо. Раскатистые отзвуки гулких взрывов звучали для Раджабали как музыка. Душа его ликовала.
Когда же афганская ночь зажгла на небе яркую россыпь звезд, темные быстрые тени бесшумно заскользили по дну узкого изгибистого ущелья. В остывающем воздухе повисла напряженная тишина, изредка нарушаемая шорохом камней, выскользнувших из-под обутых в кроссовки ног десантников. Пришла пора заключительного аккорда многодневной симфонии.
На рассвете штурмовой отряд стремительно налетел на дремлющую и совершенно не ожидавшую нападения охрану. Внезапно, напористо, проворно. Не дав никому опомниться, они обрушились на ничего не понимающих боевиков всей своей огневой мощью. Те же в ответ огрызались разрозненными пулеметными очередями. Вой, визг, лязг и грохот. Завертелась, закружилась смертельная карусель…
