С первого же взгляда Максим ощутил в облике Рады странное спокойствие. Особенно удивлял ее взгляд — чистый, лучистый, он, тем не менее, обладал странной внутренней силой. В нем была и толика снисходительности — Рада смотрела на Максима так, как умудренный жизнью учитель смотрит на малыша-первоклашку.
Внешне Рада тоже напомнила Максиму учительницу. Весьма стройная, одета в строгий деловой костюм, заплетенные в косу каштановые волосы аккуратно уложены на затылке. Высокий открытый лоб, чистое лицо, мягкая улыбка. И удивительные глаза…
— Здравствуйте, — поздоровался Максим.
— Здравствуй, Максим, — ответила Рада, ее голос звучал тихо и спокойно. — Только давай сразу перейдем на «ты». Мы теперь будем видеться очень часто. Присаживайся…
— Рада — сновидящая, — пояснил Роман, он удобно расположился на диванчике у стены. — Именно она теперь будет тебя учить сновидениям.
— И вы с ней уже встречались, — добавил Борис. — Другое дело, что ты об этом вряд ли помнишь.
— Не помню, — признался Максим, сев рядом с Романом. — У меня хорошая память на лица. Когда это было?
— Скорее, где, — произнес Борис, все засмеялись. Смех был искренним и добродушным, Максим против воли тоже улыбнулся.
— Мы встречались в Замке Роз, в сновидении, — мягко ответила Рада. Она говорила довольно тихо, однако ее слова воспринимались удивительно ясно и отчетливо. — Но это знание находится на левой половине твоего осознания и пока для тебя недоступно.
Из книг Кастанеды Максим уже знал, что маги делят осознание на правостороннее, обыденное, и левостороннее, отвечающее за магическое восприятие мира. Одной из особенностей левостороннего осознания являлось то, что память о нахождении в нем оказывалась в обыденном состоянии недоступна. Другими словами, человек мог просто не помнить о том, что он делал, находясь на левой половине. Максим считал, что понятия лево и правосторонней памяти относятся только к реальному миру, поэтому слова Рады о том, что в сновидении тоже есть левосторонняя память, его слегка озадачили. Требовались разъяснения — Максим хотел было задать вопрос, но Борис удержал его от этого, едва заметно покачав головой.
— Как прогулка? — спросил он, с улыбкой глядя на Максима. — Выиграл миллион?
Все засмеялись, но смех этот был добрым, беззлобным. Максим против воли улыбнулся.
— Выиграл десять рублей, — ответил он. — А цепочка действительно сложилась.
— Куда бы она делась, — произнес Роман, все снова улыбнулись. Максим почувствовал какой-то подвох.
— Максим, все замечательно, — успокоил его Борис. — Ты впервые увидел, как мир откликается на твои желания, как внешне разрозненные и никак не связанные между собой события и вещи объединяются в одну цепочку. Это и есть магия, способность взаимодействовать с миром на недоступном логике обычного обывателя уровне. И ПМ в данном случае — только отмычка к дверям Духа. Однажды наступит время, когда мир будет откликаться даже на твои мысли.
— А это, — добавила Рада, — подразумевает и ответственность за свои мысли. Если злая мысль принадлежит обычному человеку, большого вреда от нее не будет. Но мысль мага обладает силой. Ты сгоряча послал кого-то к черту и забыл, а у человека начнутся неприятности. Именно поэтому ведущую роль в магии играет понятие безупречности.
— Я читал об этом. Быть безупречным — значит делать лучшее во всем, во что ты вовлечен, — сказал Максим.
— Да, — согласилась Рада. — И в то же время, безупречность — это нечто гораздо большее.
— Вот они, учителя… — усмехнулся Роман. — Им только дай волю, и будут поучать целыми днями.
— Да я не против, — пожал плечами Максим, по лицам присутствующих скользнули улыбки.
— Ловим на слове! — Борис поднял палец. — Как, Рада — займешься его воспитанием?
— Займусь, — согласилась девушка, с легкой улыбкой глядя на Максима. — Мы проведем с тобой курс занятий, своеобразный месячник интенсивной терапии. Задача — научить тебя самостоятельно входить в сновидение. Просто хакер сновидений, не умеющий сновидеть — это нонсенс.
— Можете начать прямо сейчас, — порекомендовал Борис. — А нам с Романом надо кое-что обсудить. Покалякать о делах наших суетных.
— Хорошо. — Рада поднялась со стула, взглянула на Максима. — Пошли…
Комната Рады находилась на южной стороне дома, сквозь тяжелые зеленые шторы пробивались солнечные лучи.
— Садись, — предложила Рада. Максим сел в кресло рядом с журнальным столиком, с интересом разглядывая комнату. Стены комнаты покрывали зеленоватые обои, на стенах висели горшки с цветами. Традесканция, бегония, колеус. Роскошный золотистый сциндапсус, — без труда определил Максим.
Рада села в кресло напротив, с мягкой улыбкой взглянула на Максима. Несмотря на явную расслабленность, облик Рады лучился силой. Казалось, ее переполняла скрытая энергия, и лишь глаза давали выход внутренней силе. Ее взгляд обладал реальным весом — Максим невольно опустил глаза. Рада снова улыбнулась.
