Кэтлин сказала Бойду, что если он хочет взять ее на эту должность, то в газете придется произвести кардинальные перемены. Заполнить пустующие рабочие места, купить новые компьютеры, увеличить число репортеров за рубежом: нужен свой человек в Шанхае, владеющий китайским, человек с арабским на Среднем Востоке и так далее. Для истории это слишком важное время — борьба с террором, экономический рост в Азии, изменение климата — чтобы делать репортажи с пляжей о жировых отложениях у знаменитостей. «Это можно оставить и интернету», — высказалась она.
Бойд согласился, и Кэтлин снова переехала в Рим, вместе со своим вашингтонским заместителем Крейгом Мензисом.
Вскоре у нее появились поводы для беспокойства. Несмотря на обещания Бойда, в «Отт Групп» не горели желанием финансировать ее замыслы. У Кэтлин оказались подрезаны крылья — денежные вливания лишь сокращались и сокращались, сам Бойд ее игнорировал, переложив дела на подчиненных, в первую очередь на финансового директора Эбби Пиннолу, которая вообще любила помахать топором. Во-первых, она в очередной раз запретила брать на работу новых людей. Во-вторых, отменила повышение зарплат. А потом и вообще стала настаивать на сокращении штата.
Кэтлин хотела печатать газету в цвете и создать сайт, и старалась вдолбить руководству, насколько им необходимы зарубежные корреспонденты. Но совет директоров отклонял все эти просьбы. Лишь связавшись с Бойдом по частным каналам, она узнала, насколько серьезно он болен.
Это был рак, тот же самый вид, от которого умер Отт. Услышав диагноз, Бойд испытал нечто вроде гордости: у них с отцом на двоих был один общий враг. Но по мере того, как состояние ухудшалось, радужные мысли покинули его. Он кипел ненавистью к окружающим, к тем, кто незаслуженно переживет его — например, его взрослые дети, славшие ему тупые сообщения, эти идиоты вообще ничего не понимали. Но под конец его оставила даже злоба, уступив место мрачным настроениям. Все оказалось зря, по сравнению с отцовской, его жизнь была второго сорта. И уже ничего не поправишь.
За время своего правления Бойд произвел в «Отт Групп» некоторые перемены. Но компания при нем богаче не стала. Наоборот, к моменту его смерти она втрое подешевела.
И не ясно было, кто из детей Бойда мог бы занять его место. Старшего сына, Вона, вообще никто не любил; обе дочери были хоть и умные, но чересчур темпераментные; а самый младший, Оливер, был слишком слабохарактерным и отказался даже войти в правление «Отт Групп».
