Рейчел посмотрела на дочь. Она должна была ей так много рассказать, но сама же боялась. Пыталась несколько раз это сделать, придумывала в ее детстве сказки, что пересказывали собственный опыт женщины по охоте. В старшем возрасте рассказывала о наследии семьи и охотниках на нечисть, но Кайла будто убегала от этого говоря, что это бред и Рейчел отступала. Может зря? Может и не стоило ее везти сюда? Нет, ее дочь и так припозднилась с вливанием в семью, пусть сама столкнется с реальностью, тогда будет проще все объяснить.
Эрик отпустил почти всю прислугу, чтобы они тоже смогли почтить память Эдварда Оберри, а сам остался в одиночестве. Демон покинул дом парой минут тому назад и мужчина был этому рад, так как его компания казалась самой худшей в этот вечер. Он не любил шумных гуляний, на которых они обязаны были присутствовать в дни похорон других охотников, а сегодня пил весь город, вспоминая Эдварда. Даже в кондитерской «Грейс» Лилиана наливала сегодня алкоголь всем и работала сверхурочно. Ирония судьбы, но именно сегодня в такой горестный день у Эрика появилось право не идти, и не гулять со всеми провожая в последний путь отца, словно викинга в Вальгаллу.
Мужчина прошел в кабинет отца, где проводил много времени еще с юности. Он помнил, как отец сидел за своим столом и занимался необходимыми делами во благо города, а он сам сидел на тахте или на полу, читая фолианты по охоте на нечисть или учебники по единоборствам до самого утра. Он зачитывался этими книгами до поздней ночи и мучил отца разными вопросами, часто засыпая прямо здесь, а с утра бежал в тренировочный зал, отрабатывать приемы, о которых прочитал. Получал от отца за то, что систематично опаздывал на первый урок или вовсе его прогуливал, даже в институте, но видел в этот момент в глазах отца гордость за собственное усердие и негодование за то, что почти не интересовался политикой.
Зря он тогда не уделял больше внимания вопросам управления городом. Это пришло со временем, и многие вопросы, которые возникли, он не мог задать отцу. Осознание о потерянном времени приходило слишком медленно, будто продираясь через густую чащу леса, или густой сахарный сироп, в котором ноги застревали, и невозможно было двигаться.
Только после слов демона Эрик почувствовал сомнения в своих силах. Справится ли он? Сможет ли он достойно управлять городом, так же как и Эдвард? Удержит ли барьер? Слишком много вопросов и ни одного ответа самому себе. Эдвард наверняка нашел бы подходящие слова, чтобы подбодрить его, но сейчас не одна из всплывших фраз отца в голове не подходила к ситуации, не могла развеять пласт сомнений, что поселили в Эрике слова демона.
Он сел за стол отца и зацепился взглядом за фотографию со своей свадьбы. Он и Лора были на ней молодыми и счастливыми, любящими друг друга и мечтающими о счастливом будущем. Удивительно, что эта фотография была на столе отца, хотя Лора за два года смогла занять свое место в сердце каждого обитателя дома. Она словно солнце озарила теплом каждый день их жизни, а он не смог сохранить ни ее, ни тот лучик надежды, что должен был появиться на свет. Не мог из-за чертовых правил города.
В голове снова возник вопрос, что мучил его все эти годы: «Что он за мужчина, если не смог сберечь свою семью?». И ответ отца, который он получил в тот вечер, сидя на крыльце больницы и вцепившись в собственные волосы. Услышав, что врачи не смогли спасти Лору, что ее сердце не выдержало, он просто вышел из больницы и сжал до хруста зубы, так как хотелось выть от отчаянья. Отец подошел к нему и, сев рядом, похлопал по плечу: «Неважно насколько мы умелые охотники, неважно насколько сильны, сынок, есть те обстоятельства, которые мы не в силах изменить. Их стоит принять и выполнить свой долг, а уже после проклинать себя и выть на луну от отчаянья».
Когда появилась Кайла, они с сестрой впервые пошли против правил города и семьи. Тогда они не думали о последствиях, главным было спасти ребенка от злой участи. Обречь сестру на добровольное изгнание, лишь бы спасти эту девочку. Дать этому ребенку обычную, в чем-то лучшую жизнь, чем у них. Все это время он жил только фотографиями, что отправляла Рейчел по почте, надеясь, что однажды сможет увидеть девушку лично и увидел. … Эрик усмехнулся и покачал головой.
Он понимал, что возможно они с сестрой совершили большую ошибку. Если правда откроется, то Кайле трудно будет все объяснить. Если же она окажется гибридом, и в городе узнают об этом, девушка окажется в большой опасности. Нет, мужчина не сожалел о своем поступке, он беспокоился только о Кайле. Именно в этот момент он дал себе клятву, что сделает все возможное, чтобы защитить эту девушку.
Где-то в доме лопнуло стекло, и почти сразу погас свет. Эрик напрягся, прислушиваясь, и потянулся рукой к ящику стола. Мужчина не очень любил огнестрельное оружие, но выбирать не приходилось. Закричала единственная оставшаяся служанка, но крик мгновенно прервался…
***
