— Он работал только по Украине и нигде за ее пределами не проявлялся.
— Понятно. Что он говорит по поводу записи на электронном носителе?
— Там может быть много всего. Информация собрана из разных источников, систематизирована. На ней могут быть фотографии счетов, финансовых документов порочащих элиту и нынешнее правительство этой страны, одновременно бросающих тень на наши министерства, департамент, лиц замешанных в подготовке переворота. Документально прослежен путь финансовых потоков к националистическим организациям Западной Украины. Об остальном можно только догадываться.
— Роберт, вы не пробовали потянуть нить за другой край и вытащить тех, кто участвовал в сборе информации, ее передаче аналитику шпионской сети?
— Мне очень жаль, сэр. Наши оперативные работники и местные специалисты перестарались, Каретникоф не выдержал допрос. Он мертв.
— Он мертв, — словно эхом из трубки донесся бесстрастный голос шефа. — Как это допустили?
— Хотели ускорить процесс получения информации и чередовали физическое воздействие на подопечного с химией.
— Мясники или… — шеф замолчал, не высказав мысль в полном объеме.
— Нет. — Высказал свое мнение Ван Альтен, напрочь сметая недосказанное предположение шефа. — Скорее дураки.
На том конце провода наступило молчание. Большой человек не торопился продолжать начатую беседу. Ван Альтен вспотел, представляя, как шеф в задумчивости раскуривает сигару. Какие мысли бродят в его голове?
— Ладно, пока оставим эту тему, — наконец-то послышался спокойный голос из трубки телефона, слегка измененный расстоянием и электроникой. — Что вы предприняли для того, чтоб изъять носитель?
— Вызвал свою команду в Киев. Сегодня ночью специалисты будут на месте. Фотографии фигуранта размножены и розданы во все силовые инстанции, включая и так называемый правый сектор.
— Это частное агентство?
— Гм! Не совсем, сэр. Сейчас улицы города наводнены повстанцами, которые сместили прежнюю власть в государстве. На поверку, это конечно националисты всех мастей, бандиты, убийцы, политические фанатики и молодежь собранная с улиц под знамена революционных преобразований. Конечно, нормальному человеку из-за их присутствия в городе жить не комфортно и даже опасно, но для нас на ближайший период они пригодятся.
— Еще, что?
— Взяты под особый контроль вероятные места появления невидимки, зачищены все кто имел с ним хоть какой-то контакт. Система видеоконтроля города заведена на наши серверы. Ряд телефонных номеров поставлены на прослушку.
— Что, есть и такие?
— Очень не много, но есть.
— Хорошо. Я надеюсь, что результат себя ждать не заставит. Найдите его, Роберт.
— Слушаюсь, сэр!
— Русский нужен живым. Когда его возьмете, под усиленной охраной переправьте в один из центров разведки в Польше, доложите мне. Ну, а уже другие переправят его в Штаты. Все. До свиданья, Роберт.
Гудки оповестили о том, что связь прервалась. Тихо вошедший в кабинет секретарь бесстрастно наблюдал за шефом. Его холодные глаза не светили внутреннего мира этого человека. Он всего лишь секретарь у сильного мира сего, но проработал с ним уже шесть лет, знал босса как облупленного, тенью следовал за ним, и власть в определенных кругах имел неограниченную.
— Что скажешь, Гарри?
— Есть новости, Роберт. Из офиса СБУ, где сидел русский, привезли запись наружной камеры наблюдения. Русский скрылся в канализационный коллектор.
— Почему запись привезли только сейчас?
— Они забыли просмотреть ее сразу.
— Страна идиотов! — выругался Ван Альтен, неясно в чей конкретно адрес. — Не понимаю, ну почему все так сложно с русскими в простых вещах?
Человек убегающий от опасности, подвергается ей больше, чем тот, кто спокойно сидит на месте.
Тусклый свет в конце тоннеля вырвал его из небытия. К этому свету он скользил по вонючей кишке широкой трубы, казалось постоянно наклоненной вниз. Скорость скольжения росла с каждой секундой пребывания в этом своеобразном желобе с холодной и наверное грязной водой. Организм любого человека способен принимать информацию, как из внешней среды, так и из внутренней. Его нервная система через рецепторы осуществляет процесс восприятия сигналов. Дальше эти сигналы по нервным волокнам попадают в мозг, а там обрабатываются, и человек на основе них принимает то или иное решение с опосредующим действием.
Время для обработки информации у него было, только вот принять решение и действовать, он не мог. Скользил по желобу, куда «хромая лошадь судьбы» вывезет.
