Отойдя к окнам эркера, выступавшего в бок от коридора и образовывавшего своеобразное небольшое фойе, встали ожидая командира. Андрей смотрел в окно, будто хотел запечатлеть в памяти кусочек Ростова, имевшего вид сталинградских развалин. Александру, наоборот интересней было смотреть на штабную кутерьму, в подземельях он как раз соскучился по свету и людской суете. Ну, а Веня Мордвинов, тот простой как три копейки, усевшись на широкий подоконник и достав из кармана сухарь, с удовольствием «точил» его крепкими зубами.
Из-за поворота коридора вышли двое вояк в камуфляже с погонами унтер-офицеров на плечах, по виду «стреляных воробьев», с автоматами за спиной. Позади офицер в чине прапора и тоже угадывалось, что молодой да из ранних. Завернув в фойе, все трое сделали пять шагов к честной компании. Вот тут на передний план вышел офицер с вопросом.
— Кубанцы?
— Да.
— Лейтенант Кутепов, кто из вас будет?
Андрей хотел, но не успел открыть рот, сказать, что лейтенант дальше по коридору в сортир по нужде удалился. Веня, простая душа, указал сухарем на Кутепова.
— Вот они, его благородие, господин лейтенант и есть.
Твою нехай!.. Андрюха мысленно сплюнул.
— Сдайте оружие и следуйте за нами! — по-военному, с металлом в голосе отчеканил офицер видать заученную фразу.
— Это с какой такой радости, служивый? — проявляя сарказм на губах, спросил Александр.
— У меня приказ, доставить вас в контрразведку.
Вот тут Веня чуть сухарем не подавился, при этом успел вывернуть свой ствол в ответку направленным на них троих стволов унтеров.
— Не нужно. — Приказным тоном запретил Кутепов. — Прогуляюсь.
Передал оружие офицеру, а уходя все же оглянулся, глянул на Андрея, качнул головой в несогласительном жесте, произнес:
— Говорил же…
— … Это… это черт знает что! — растерянно возмутился Мордвинов. — За что?
— Дядь Сань!.. — Прокричал Хильченков в спину уходящим. — Не боись, хорошо все будет!
Кардаш явился от начальства к разбору полетов, когда Кутепова и конвоиров след простыл. Выяснив, что тут за хрень приключилась, намылился штурмовать контрразведку, но Андрей удержал от поспешного шага. Кому тут что докажешь? По иному работать придется. Тоньше. Ювелирно. Но сначала информацию получить, а это они умеют.
В отличие от Мещер, фронтовые жандармы не торопились пообщаться. Кутепова расположили в этом же здании, но только в подвальном этаже. Скорее всего, помещения подвала и при турках выполняло ту же функцию. Похоже, прежде чем завести в камеру, его показали одному из руководителей ведомства отлова и вербовки шпионов.
Мужчина в чертах лица которого чувствовалось присутствие восточной крови, но все же европеец, годами помладше него, в повседневной одежде, на погонах один пустой просвет без звезд, пригляделся к нему.
— Вы Кутепов. — Скорее утвердительно чем вопросительно произнес в слух.
Александр промолчал, ожидая продолжения пламенной речи. Жандарм же, ломая все его надуманные ожидания и планы, скосил глаза на молодого офицера, начинавшего карьеру разведчика, обычным тоном, без каких либо эмоций, спросил:
— Обыскали?
— Вот, оружие изъяли.
На вытянутых руках продемонстрировал все, что отдал Кутепов при задержании. Автомат и надоевший «лифчик», так и остались лежать на подоконнике, не выказав свою принадлежность конкретно к нему.
— Болваны! — чуть-чуть повысил эмоциональную нагрузку на голос, кивнул молчаливым унтерам. — Обыскать.
Ну, да! Те и рады стараться. Тут же поставили лицом к стене в позе человека приветствующего восход солнца. Охлопали. Обмяли. Левый, который, так тот и вовсе ухватив рукой его подбородок, заставил открыть рот, заглянул и туда.
— Ты еще в мою жопу глянь, собака лесная! — осклабился Александр.
Унтер без замаха, не выражая особых чувств, чуть развернув его на пол корпуса к себе, сунул кулак в точку солнечного сплетения.
— Х-ха!
Выбитый воздух и кратковременное болевое ощущение, это все чего добился. Ф-фу-у! Однако! Кажется классик в его реальности писал о подобных кадрах. Гвозди бы делать из таких людей. Нет, все же молодец унтер, уважаю!
— Отставить, Белобородов! — наконец-то повысил голос ротмистр. — Ну, что там у него?
— Ничего интересного, ваше высоко благородие.
— Ведите в камеру.
Теперь можно и начальству сообщать…
Опять застенки ГэБни. Столько как в этой реальности, он таких мест, в таком количестве раз, еще не посещал. Ну почему здесь это постоянно происходит? Хоть головой о стенку бейся. Так ведь не поможет. А там Наташку увозят! Бедный ребенок! Настрадалась!
Узкое помещение. Два на пять метров с лежаком и пустым грязным ведром у дверей. Стены облупленные, на маленьком окне, под самым потолком, решетка. Постоял у двери. Мысли роились в голове, да все не те что нужно. Выбраться отсюда не реально. И главное зачем его сюда сунули?..
