В приемной секретарша Кантемирова что-то бойко печатала на компьютере и даже не взглянула на Ингу. Та моментально прониклась к ней симпатией. За несколько часов, что она сегодня провела в офисе, Инга уже успела поймать столько любопытных взглядов, что отсутствие интереса к себе приняла за молчаливую поддержку.
В приемной был еще кто-то – приглядевшись, Инга узнала Меркулову. Она сидела в кресле с высоченной спинкой и казалась в нем крошечной. В отличие от секретарши, Меркулова пристально за ней наблюдала.
– Вас тоже вызвали? – негромко спросила Инга, поравнявшись с ней.
Меркулова продолжала внимательно смотреть, и несмотря на то, что стоя Инга возвышалась над ней, от Меркуловой прямо-таки исходила значительность.
– Вызвали, – подтвердила она. – Тебя обсуждать будем.
Инга немного стушевалась от ее взгляда, но уже в следующую секунду вздернула подбородок и заявила:
– А должны были бы – не меня, а Бурматова.
Меркулова усмехнулась и резко вскочила с кресла.
– И Бурматова будем. Ну и шороху ты навела.
Инга с опаской смотрела на нее, не понимая, какое за этим последует продолжение. Меркулова уперла руки в бока. Ее прямоугольное платье приподнялось и очертило круглый живот.
– Уж не думала я, когда собиралась брать тебя на работу, что такая каша заварится.
– Извините, – вздохнула Инга и потупилась.
Меркулова ей нравилась. В самом деле, было жаль доставлять ей неудобства.
– Уж не знаю, что там выявит проверка, и в любом случае тебе сейчас не позавидуешь. Но должна сказать, что ты произвела на меня впечатление. Если то, что ты говоришь, правда, нужно не стесняться давать отпор.
– Это правда, – горячо прошептала Инга, вскидывая на Меркулову глаза. – Он действительно меня принуждал, а потом…
Меркулова подняла руку, останавливая ее.
– Мне ты ничего объяснять не должна. Не я тебя проверяю. Я тут сама только для того, чтобы рассказать, как было дело с твоим переводом. И скажу все как есть. Я хочу, чтобы это поскорее закончилось, потому что у меня своей работы во. – Она провела большим пальцем по горлу. – Только вашей мне еще не хватало. Но если Бурматов виноват, как ты говоришь, то я по нему плакать не стану.
С этими словами она, как ракета, устремилась в кабинет к Кантемирову, и Инга еле успела посторониться.
В
Через день Инга отправилась на интервью к Арефьевой.
Продюсер Татьяна велела ей приехать к семи вечера на Электрозавод, подойти к подъезду номер пять и позвонить. Инга редко бывала в этом районе Москвы, и здание Электрозавода ее поразило – оно занимало целый квартал и напоминало настоящий замок. Инга опаздывала, да еще долго не могла найти пятый подъезд. Когда она наконец позвонила Татьяне, то готовилась услышать в трубке сдержанное недовольство, но Татьяна разговаривала с ней так же любезно, как раньше.
Она спустилась за Ингой и повела ее через проходную вглубь здания, а потом на четвертый этаж. Внутри Электрозавод поразил Ингу даже больше своей потрепанной советской монументальностью – бесконечные коридоры с высоченными потолками, двери, похожие на ворота, мозаичные полы. Пока они шли, Татьяна не уставала говорить Инге комплименты. Она была очень полной, с короткой стрижкой, и ее высокий мелодичный голос звучал так чужеродно, словно она украла его у какой-то русалочки.
Ингу действительно завели в гримерную и сдали на руки визажистке. Визажистка усадила Ингу на высокий барный стул перед зеркалом, по периметру подсвеченным круглыми белыми лампами. Инга видела такие в бэкстейджах фильмов или модных показов. В ней снова зашевелилось тщеславие, но она строго напомнила себе, зачем сюда пришла.
Студия оказалась в точности такой, как Инга и представляла: огромная, пустая, с шершавыми кирпичными стенами. В центре на полу лежал ковер, на нем на значительном расстоянии друг от друга стояли два одинаковых темно-зеленых кресла. Инга направилась к ближайшему, левому, но ее вежливо усадили в другое. «Маргарита всегда сидит слева», – пояснила Татьяна.
Наконец-то пришла Маргарита. Она оказалась очень высокой, но в остальном полностью соответствовала образу в Ингиной голове: была одета в красный брючный костюм, держалась самоуверенно и очень по-деловому. У нее были идеально прямые белые волосы, падающие по обеим сторонам лица. Даже сейчас, когда она стояла перед ней, Инга как будто видела Маргариту на экране, такая она была четкая, резкая в бьющем сбоку свете, как будто отретушированная. Только запах ее духов напоминал Инге, что это настоящая женщина, а не двухмерное изображение.
Она протянула руку, и Инга, растерявшись, встала, чтобы ее пожать.
– Я думаю, сам разговор займет у нас около получаса, – сказала Маргарита. Пальцы у нее были холодными. – Но сейчас нужно еще кое-что настроить. Вы нормально добрались, без пробок?
