Впрочем, существовало нечто, о чем Агата пока не подозревала, зато Инга имела исчерпывающее представление. Секс. Илья ни намеком не обмолвился о том, что ему нравится на самом деле. На вопросы он отвечал с готовностью, но нечестно. Самый нестандартный сексуальный опыт – с двумя девушками. Самая сокровенная сексуальная фантазия – заняться этим при свидетелях. Ни слова про плетки, наручники и кляпы. Инга поначалу думала, что стоит ей чуть-чуть поднажать, и Илья выложит все начистоту, но чем настойчивее она подталкивала его к признанию, тем надежнее он держал оборону. «Что бы ты сказал, если бы я тебя связала?» – «Я бы сказал: почеши мне, пожалуйста, нос, а то у меня руки заняты».
При этом ему, очевидно, нравилась Агата, нравился ее надменный властный образ. Он легко шел у нее на поводу: менял тему, если Инга приказывала, не задавал вопросов, если она запрещала, а когда она резко пресекла очередные попытки договориться о встрече, больше не предлагал. Но все это можно было объяснить вежливостью, в самом крайнем случае – природной застенчивостью. Если бы Инга не знала, каков Илья на самом деле, она бы даже не придала этому значения.
На следующий день они продолжили переписываться с самого утра. Инга еле продрала глаза, поняла, что опаздывает, и сломя голову бросилась в офис. Сообщение Ильи застало ее, когда она поднималась на лифте. Сам Илья уже сидел в своем аквариуме. Инга чуть не свернула шею, разглядывая его сквозь стеклянную перегородку, пока бежала к своему месту. Ей казалось, что стоит Илье посмотреть на нее в ответ, как он моментально поймет, что она и есть та самая таинственная Агата, с которой он переписывался ночью, но даже это не могло заставить ее отвести взгляд.
«Я проснулся сегодня и первым делом подумал о тебе. Но специально выждал еще два часа, прежде чем написать. Чтобы не выглядеть сумасшедшим. Но теперь я все равно выгляжу сумасшедшим, да?» – гласило его сообщение.
Инга рухнула в кресло и вытянула ноги. Она не понимала, что улыбается, пока Галушкин не сказал:
– Только не говори, что ты там очередной пост настрочила.
– Что?
– Улыбаешься так, как будто опять задумала какую-то фигню.
– Отстань от нее, Паша, – оборвала его Алевтина.
Инга насупилась и включила компьютер. Илье она написала:
«Ничего банальнее придумать не смог? И что, девушки обычно ведутся на это?»
«Пощади! Я совершенно честно говорю. Давно не получал такого удовольствия от переписки».
Как ни странно, Инга тоже получала удовольствие. Они перебрасывались сообщениями весь день, и она каждый раз с искренним интересом ждала ответа. Впрочем, то, что собеседником Илья мог быть приятным и умным, нисколько не меняло ее мнения о нем в целом. Таким он был в параллельной вселенной, с мифической Агатой. В реальной жизни, Инга знала, он был эгоистичным, подлым человеком, который в одних ситуациях держался самоуверенно и нахально, а в других мог лебезить и пресмыкаться. Пожалуй, даже не сами эти крайности, а огромный зазор между ними и отталкивал Ингу – она не могла искренне привязаться к человеку, которого не понимала. На работе с подчиненными он был одним, с начальством – другим, с официантами в ресторанах – третьим, он, даже оставаясь с ней наедине, отличался в зависимости от ситуации. Но несуществующая Агата не видела всех этих оттенков, сталкиваясь с Ильей только в окошке телеграма, из которого он казался одинаковым – открытым, ироничным и уступчивым, что не раздражало, а, наоборот, казалось пикантной особенностью.
Инга изо всех сил старалась вести себя так, чтобы интерес Ильи к ней не ослабевал. Она с легкостью «угадывала» его предпочтения и присваивала их себе – любимое блюдо, идеальный отпуск, отношение к детям, религии, политике. Все, что Илья когда-то рассказывал ей, шло в ход. Сначала он просто приятно удивлялся: ты тоже любишь виски? И я, именно шотландский дымный. Ты хочешь проехать через всю Америку на машине? Это моя давняя мечта. Самый красивый город России – Владивосток? Я там родился! Постепенно его удивление приобрело оттенок мистического трепета. Обилие совпадений между ними становилось настолько невероятным, что он стал видеть в этом руку судьбы – так прямо и говорил.
Инга боялась перегнуть палку, поэтому то и дело осаживала себя. Она не хотела, чтобы Илья заподозрил неладное. Но он, по всей видимости, был так захвачен их душевным родством, а еще больше – безусловным принятием, с которым Агата встречала любую его точку зрения, что ничего не замечал.
Однако Инга не только симулировала близость и расточала комплименты. Пряник без кнута не работал. Вечером она решила «наказать» Илью – перестала ему отвечать. Просто для острастки, чтобы он не расслаблялся и не думал, будто она все время на связи, ждет, что он напишет. За час молчания, который Инга себе наметила, Илья прислал восемь сообщений. Из последнего было видно, что он изрядно испуган.
