Сейчас никаких подозрительных личностей на Купянском вокзале видно не было - всё таки близость границы давала о себе знать. На перроне курсировали тройки милиционеров, проверяющие наличие документов у пассажиров. И как только мы с Саней, распрощавшись с проводницей и забрав у ней наши билеты, спустились на платформу, к нам направилась одна такая тройка.
- Старший сержант Приходько. Ваши документы, граждане
- Вот, пожалуйста, - сказал я доставая паспорт.
- В командировку значит едете, - полуутвердительно-полувопростительно сказал Приходько после тщательного изучения наших паспортов и командировочных листков, - ладно, граждане можете быть свободны, - добавил он, возвращая нам документы.
- Сержант, а что произошло? Из-за чего такая секретность? - поинтересовался Саня у Приходько.
-Сам понимать должен. Узловая станция. Поездов много через нас проходит. - пустился в объяснения Приходько, - а в последнее время слишком много народу станцией заинтересовалось. Вот и приходится патрули дополнительные вводить.
- Понятно, спасибо за разъяснения. Ещё один вопрос. Не подскажешь, где Сталинградский поезд стоит?
- На третьей платформе. Чтобы попасть туда, идите к голове поезда, там переход есть.
- Спасибо. Ну бывай, сержант. Пойдём мы, - попрощался с Приходько Саня.
Мы благополучно обошли поезд и пройдя через переход, оказались возле нужного нам состава. В него входили 4 пассажирских вагона и 10 грузовых опечатанных теплушек, прицепленных к дымящему паровозу. Неожиданно с другой стороны поезда раздались крики и в метрах пятидесяти перед нами на платформу вылез какой-то мужик лет сорока на вид. Затравленно оглянувшись по сторонам, и заметив, что из-под вагона уже вылезают товарищи в милицейской форме, он кинулся бежать в нашу сторону. Я от неожиданности растерялся, но Саня как только мужик поравнялся с нами сделал ему подножку, и тот, споткнувшись, растянулся на бетоне.
- И не таких обламывали, - сказал Саня видя мой недоумённый взгляд.
В это время к нам подбежали милиционеры, среди которых я узнал старого знакомого Приходько.
- Спасибо за помощь - сказал старший сержант, надевая на пойманного мужика наручники.
- Всегда пожалуйста, - ответил Саня, - а что он хоть натворил?
- Да уж очень интересовался вашим поездом, а когда мы подошли документы проверить, то бежать кинулся. Отбегался, сука, - добавил Приходько, пнув мужика по рёбрам, - ладно ведите его в отделение, ребята. Ну а вам, мужики, счастливой дороги. Удачно добраться. И ещё раз спасибо за помощь.
- Ладно, пошли. Нечего стоять как три тополя на Плющихе. И так народ косится.
Мы прошли мимо теплушек к пассажирским вагонам, и я наконец-то смог получше их рассмотреть. На первый взгляд вагон напоминал современный, но это только поначалу. Так, входная дверь была не на одном уровне с бортом вагона, а была утоплена вглубь сантиметров на 50. Поручни у лестницы были не привычными вертикальными, а наклонными. Козырёк крыши нависал над бортами. Не было резиновой "гармошки" между вагонами. В колёсных тележках вместо пружин виднелись рессоры. Окна были гораздо уже, чем современные, и на каждом окне с двух сторон были металлические щитки, торчащие сантиметров на десять. В общем, вроде и похож, но и не похож одновременно.
Возле входной двери, откровенно рассматривая нас, стоял и курил товарищ в форме НКВД с двумя кубарями в петлицах. Рядом с поездом он выглядел очень антуражно. Впечатление портила только ярко красная пластмассовая папка для файлов, которую сержант держал в руках, и милицейская рация "Северок" на поясе.
- Здравствуйте, - обратился я к нему, - мы направляемся в Сталинград.
- Да? Тогда предъявите ваши документы.
Мы, уже не знаю в который раз за сегодня, полезли за нужными бумагами. Изучив их, товарищ в форме буркнул, что мы можем подниматься, и что наше пятое купе. Пройдя через узенький тамбур в коридор, а из него в купе, я был несколько разочарован. Купе было самым обычным, разве что здесь не было пластика. Всё было отделано деревом. Светильники, ручки дверей, болты казались утрированно большими и грубыми. На столике стояла заинтересовавшая меня настольная лампа с матерчатым зелёным абажуром в виде перевёрнутого ведра. А вот оконный проём, если не считать его ширины, выглядел знакомым - массивная деревянная рама, покрытая тёмным лаком, с разъёмом для треугольного ключа. Правда, как я понял, в отличии от современных вагонов, что бы открыть окно, нм бы пришлось сдвигать вниз всю раму, а не одно стекло.
- Давай вещи спрячем, - предложил я Сане.
- Давай.
- Ну что, может, пойдём покурим? - предложил Саня после того, как мы закинули наши вещи на третью полку.
- Пошли, подышу с тобой за компанию, - согласился я, - всё равно ещё успеем насмотреться на купе.
Мы прошли в тамбур, и только хотели выйти из вагона, как со словами "не положено" были остановлены товарищем в форме.
- А где же нам курить тогда?
- Товарищи командированные, пожалуйста, не толпитесь, поезд тронется, тогда и покурите в тамбуре. А пока, прошу вас пройти обратно в купе.
