Почти сразу же я снова становлюсь твердым. Промаявшись несколько часов без сна, подумываю опять навестить ванную комнату, но ее подруга уже вернулась домой. Так что я просто лежу и смотрю на спящую Настю, пока, наконец, перед самым рассветом не проваливаюсь в сон.
НАСТЯ
Я вздрагиваю и хихикаю, когда понимаю, что это мой собственный храп разбудил меня. Это случается только, когда я напиваюсь.
Перестаю смеяться, когда у меня начинает кружится голова. В ужасе распахиваю глаза, когда чья-то рука сжимает мою грудь. Стараясь не шевелиться, смотрю на руку, лежащую на моей обнаженной груди. Загорелая, крепкая, с аккуратными ногтями. Я сразу узнаю, чья она. Я не была настолько пьяна прошлой ночью, чтобы не помнить, что произошло.
Жду и жду сожалений о том, что я набросилась на этого мужчину, но они не приходят. Хватаю свой телефон и посылаю сообщение на работу, что заболела и сегодня не приду. Не могу подвергать пациентов риску, что сделаю что-то не так, страдая от этого жуткого похмелья. Затем медленно пытаюсь выбраться из-под руки Паши.
Его хватка становится крепче, а я лишний раз убеждаюсь, что не чувствую стыда от того, что нахожусь с ним в таком положении. Он нежно сжимает мой сосок ладонью. И перед моими глазами мелькают вспышки прошлой ночи, то, как бесстыдно я легла на эту кровать и предлагала ему себя.
Паша, должно быть, сильно устал, потому что, когда я высвобождаюсь из его объятий, он просто переворачивается и зарывается поглубже в одеяло. Как бы мне ни хотелось остаться с ним и, возможно, продолжить с того места, на котором мы остановились прошлой ночью, я должна создать некоторое пространство между нами.
Следующие десять минут, которые я провожу в душе, ругаю себя сначала за то, что буквально бросилась ему на шею, а затем за то, что заснула, не успев даже взглянуть на его хозяйство. Знаю, он бы никогда не прикоснулся ко мне, пока я была в отключке, так что мне не о чем беспокоиться.
И мне действительно не стыдно. Этот мужчина подарил мне самый сильный оргазм в моей жизни, и я отказываюсь сожалеть об этом. Неужели я сделала то, чего никогда бы не сделала будучи трезвой?
ДА.
Жалею ли я об этом?
Определенно, нет.
После того, как жадно и умело он ласкал меня вчера своим ртом, я никогда не увижу в нем кого-то другого, кроме мужчины, коим он и является. Я клянусь больше не отпускать реплик о его возрасте.
Быстро вытираюсь полотенцем и одеваюсь в одежду, которую Паша пытался предложить мне прошлой ночью, перед тем как найти меня лежащей на кровати и ласкающей себя.
Чувствую, как мои щеки горят, когда я покидаю ванную, поворачивая в сторону кухни.
Прошлой ночью я трогала себя перед мужчиной. Однажды было такое, что я ласкала себя под одеялом после нескольких часов уговоров моего бывшего, но тогда свет был выключен, и он не мог получить полное представление о сием действе. Прошлой ночью меня даже ни о чем не просили, а яркие лампы на моем потолке не оставляли ничего для воображения.
Шум в коридоре заставляет меня нервничать, когда я думаю о том, как я планирую действовать, когда увижу Пашу. Но в кухню входит Лариса.
— Доброе утро! Мне пришлось притворится больной из-за этого похмелья, — говорю я, когда она достает чашку из шкафчика. — Куда ты исчезла прошлым вечером?
— Не хотела мешать вам с Харлеем.
— Как раз об этом. Мм. Я знаю, у нас есть правило «никаких мужчин в квартире»…, - начинаю я. Мы поклялись с ней не приводить сюда парней, чтобы избежать утренних неловких сцен.
В этот момент мы слышим, как открывается дверь моей комнаты, и Лара вопросительно поднимает бровь. Она отодвигается в сторону как раз в тот момент, когда Паша входит в кухню.
Его взор устремляется ко мне, затем он коротко кивает Ларе и снова находит мои глаза. Одарив его робкой улыбкой, я задаюсь вопросом, как он относится к тому, что произошло прошлой ночью, теперь, когда мы стоим здесь при свете дня.
Он улыбается и идет ко мне.
— Привет, — шепчет он. И я не знаю, почему меня вообще что-то беспокоило.
— Привет.
— Я знал, что ты будешь выглядеть хорошо даже в этом, — он тянет ткань моей футболки, и использует это движение, чтобы притянуть меня к своей груди. — Мне нравится заходить и видеть улыбку на твоем лице, — добавляет он без тени смущения, как будто моя лучшая подруга не стоит в углу, наблюдая за каждой секундой этого взаимодействия.
Его губы мягко касаются моих, но спустя мгновение он углубляет поцелуй. Когда он ласкает меня языком, я понимаю, что он нашел мятные леденцы на моем прикроватном столике.
