Харон полностью

— Теперь я понимаю, что вы имели в виду, говоря, что в лагере нехорошо. Вы, надо признаться, умеете отменно подготовить к плохим новостям. Весьма признателен за мягкое предупреждение. Не сделай вы его, мне бы, должно быть, стало немного не по себе от свежих штрихов. Они чуть-чуть чересчур смелы. Некий эпатаж…

— Перевозчик, прекрати свое бесполезное жонглирование словами! — оборвал танат. — Что ты можешь знать о том, что происходит в лагере?

— Мне достаточно того, что я вижу.

— Ты видишь лагерь, только и всего.

— По-твоему, он всегда имел такой вид?

— Ты опять говоришь непонятно. У лагеря только один вид. Тот, что ты видишь.

«Э, как, — подумал Харон, соображая. — Ну, правильно, иначе и быть не могло. Для них, танатов, это именно так и есть».

На уступе остались только они вдвоем, остальные спускались по огромной осыпи. Неясные фигурки появлялись и исчезали меж камней.

— Слушай, приятель, — сказал Харон, мельком подумав, что ниже падать, кажется, уже некуда: к танатам в приятели он записался, — сдается мне, что именно ты приносил мне список на предыдущую Горячую Щель. Так, нет?

— Мы…

— Хватит вкручивать, — сказал Харон самым, впрочем, дружеским и миролюбивым тоном. — Это был ты, я тебя узнал. — Тут он схитрил.

— Предположим, — пятнистый сразу занесся. — Что ты хочешь, Перевозчик?

— Я хочу, чтобы ты ответил на мой вопрос. Всего один. В порядке любезности, раз уж мы решили не ссориться. Уходя, ты сказал тогда насчет моих знакомых, кого я могу встретить, собирая по списку. Кого я уже видел там, в своем Мире.

— А что, — осклабился танат, — разве не так?

— Так, так. — Харон покивал. — Но я не про то хотел тебя спросить. Ты сказал, что будет жаль, что меня не узнают, если на нашей стороне Реки иной раз воет какая-то паршивая трехголовая собака. Мы говорили о моих сокровенных чувствах.

— Ты решился?…

— Нет, они по-прежнему мне дороги, не о них речь. Кто — не узнает? Откуда вам известно про собаку? Где находится «пристань» Той стороны, с которой может открыться Мир, где она… где меня могут не узнать? Почему ни одна из Ладей не идет туда? Что вам, пятнистые, еще известно про мои, как ты выразился, «предыдущие заслуги», кем и где я был? Откуда…

Осекся, потому что танат, как давеча он сам, незаметно вытащив, начал поигрывать камнем-Ключом.

«Какого… или те двое догоняли нас, а я не заметил?»

До сих пор Перевозчик был убежден, что Ключ существует в единственном экземпляре.

— Я отвечу, хоть ты и обещал задать всего один вопрос, а они сыпались из тебя, как из дырявого мешка. Кто тебя может не узнать — видней тебе. Где может находиться «пристань» — тоже, это ведь ты перевозишь через Реку, ты бываешь на Той стороне. Возле Той стороны, — уточнил танат, показывая свою действительную осведомленность. — О твоем предыдущем служении? Так ведь все Перевозчики были Стражами в своих Мирах. Заслуги? Тоже известно, сюда попадет только лучший. О том, кто зовет через Реку… Так что ж — вот Ладья, попробуй поищи еще раз. И не обижайся, если нужный тебе Мир вновь не откроется, Миров так много. Вот и искал бы, а не бегал после каждого рейса к Тэнар-камню. Ну, а сокровенные чувства свои, так и быть, оставь при себе, раз уж не можешь без них обходиться. И совет — будь повежливее с нами. Мы не любим, когда нас называют пятнистыми и поднимают на нас руку. Рассуди сам, если и мы, и твой друг Дэш, с которым ты так любишь беседовать, видели много Перевозчиков, то куда-то же те, которых мы встречали, деваются? Почему мы знаем уже многое, а ты еще ничего? Неужели тебе не хочется пробыть здесь столько, чтобы узнать с наше? Что тебе говорил твой друг о том, что и души не бессмертны? Подумай об этом, Перевозчик.