– А разве честно, что ты обладаешь способностью передвижения, даже выхода в свой прежний Мир, а я вынужден видеть только одного тебя, и то – когда мне соизволят разрешить, и довольствоваться сомнительным удовольствием общения с одним-единственным…
Дэш всегда поднимал Харону настроение. Забывались усталость и невероятная тяжесть от прошедшего рейса, привычные, хотя и не становящиеся от этого более терпимыми.
– Зато тебя слушаются Ладьи. Стоит мне почуять, что ты зовешь, и я точно знаю, что Ладья понесет меня в ближайшую к тебе точку берега. Тебе известно внутреннее устройство лагеря, которого ты никогда не видел, царящие там порядки и законы и, наверное, даже история его…
– Зато ты - Перевозчик.
Дэш буркнул это с едва уловимым оттенком… зависти, что ли? Мгновенно вспыхивая и столь же мгновенно стихая, Дэш оставался приверженцем неодолимой середины, а значит, умеренности.
– Поговорим о чем-нибудь другом.
– Охотно. Только позволю себе еще один комплимент, чтобы окончательно завоевать прощение. По моему глубокому убеждению, Дэш, тебе доступно даже будущее, касающееся моих ближайших дел и поступков.
– Можешь валять дурака, сколько тебе влезет,
Перевозчик. Как тебе удается кому-то из них, там, внизу, кому-то всерьез сопереживать? Ты черств и… и…
– И бездушен. Вот чья душа давным-давно скончалась - Перевозчика. Это ли не повод для огорчений? Даже его Ладьи подчиняются не ему, а какому-то неизвестному, живущему в горах существу. Нет?
– Ну хорошо, – смягчился Дэш, – вижу, ты слегка оставил свою извечную мрачность. Не знаю, как насчет всего обозримого будущего, но кое-что могу тебе сообщить. Можешь самым решительным и серьезным образом надеяться, что тебя вновь отпустят. Погулять… – Дэш хихикнул.
– Я переправил что-то такое, благодаря чему устояли сразу все Миры? Что-то небольшое, но недостающее в их таинственной непостижимой мозаике?
– Готовься ко многим походам в свой оставленный Мир, Перевозчик, – напыщенно произнес Дэш. – Ты вновь понадобился своему Миру, экс-Страж! Миры ждут от тебя спасения, они с надеждой взирают на тебя, Перевозчик!… Уф.
– Я понял, ты вновь околеешь, что, не владея способностью к жесту, не можешь вытереть с воображаемого лба воображаемый пот, - сказал Харон. Несмотря на шутливый тон, он почувствовал нарастающее беспокойство. Минута легкости испарилась, как всегда, молниеносно.
– Ты обратил внимание, что в этот раз танаты начали сбор следующей отправки без тебя?
– Я не придал значения. В лагере появился новый оракул из партии, которая прибыла, когда я отсутствовал… кстати, почему, действительно, как меня нет – обязательно новая партия? Ты случайно не знаешь? Хорошо, не знаешь. Так почему в этот раз – без меня?
– Этого я тоже не знаю, но напрашивается определенный вывод.
