– Тяжеловато что-то, – пропыхтел Конноли, усаживаясь прямо на землю. – Передохнём, а?
– Рано ещё! Приедет Эвелин, вот и передохнём. А вечером, когда Адриан с Терри подвалят, будет ещё проще.
Чужая ладонь хлопнула Алекса по спине.
– Зря ты форму нацепил, конечно.
Стэши возникла будто ниоткуда – перемазанное сажей лицо, мокрая насквозь рубашка. Она улыбалась непривычно широко и держала спину так, словно кто-то наконец позволил ей избавиться от тяжёлого груза, который она волокла на себе долгое время.
– Мэйв, – начал Алекс.
– Это не моё имя. Уже не моё, – качнула она головой. – Я так долго привыкала к новой маске, что она стала настоящим лицом. Извини.
Следовало сказать, что ему, в общем-то, абсолютно наплевать на то, кем она решила быть в итоге и что делать дальше, потому что за решёткой окажется именно Мэйв, но слова не шли. Какое-то время они молча смотрели друг на друга – служитель закона и убийца, сын неистового католика и дочь погибшего губернатора. Наконец Стэши подняла увесистый пакет и, не оборачиваясь, двинулась к остальным.
– Пошли, – сказала она негромко. – Так и будешь тут торчать, как свечка на торте?
Алекс растерянно взглянул на наручники, по-прежнему лежащие в ладони мёртвым грузом, затем чуть наклонил руку, позволяя им соскользнуть в траву.
– Как насчёт сменной рубашки?
– Многовато просишь! – хохотнул Ахилл, обладающий по-звериному чутким слухом. – Возьми мы с собой запасные шмотки, разве стояли бы сейчас грязные как свиньи?
Ни слова не говоря, Алекс поудобнее ухватил почерневшую балку, взвалил на плечо. В этот миг он был как никогда уверен в одном: их ждёт немало паршивых дней.
Но хороших – ещё больше.
