– А ты? - Гица повернулась к госпоже Тенд. - Брала бы мои кремы и мази, цвела бы, как роза, ещё лет пятьдесят. Так нет. Всё вечной молодости ищешь. Вот и доискалась . Теперь тебе никакие мази не помогут.
Госпожа Тенд, казалось, не слышала. Видок у неё был немногим лучше, чем у Мелдара. Будто не веря, она разглядывала свои руки, ставшие похожими на клешни твари с портрета. Потом выхватила из сумочки зеркальце, пронзительно вскрикнула – и рухнула в обморок.
Баба Гица обвела комнату тяжёлым взглядом. Её лицо,испаханное морщинами, будто пеплом запорошило, всегда жгучие глаза потускнели, и Валет понял, чего стоила ей битва с чудовищем. И всё равно в своём чёрном наряде, с палкой, похожей на жреческий посох, она казалась ведьмой, пришедшей из древних времён, когда земля полнилась магией и чудеса были такой же неотъемлемой частью мира, как дождь и солнце.
– Чародейство ушло, а волшебные предметы остались, – выговoрила баба ица глухо. – Злых среди них было мало. Трудно их, злые,творить. Тот, кто решался, не только чужой кровью платил, но и своей – жизнь в муках отдавал… Думала, нет больше этой дряни. вот нате вам.
Она постучала концом трости по краю рамы, потoм по стене за ней, по вишнёвым, с серебром, обоям.
– Молох это. Как демон из древних преданий. Сделан соблазнять и губить. де он, – кивок в сторону Мелдара, - эту гнусь раздобыл, у него спросите. Слуг свoих молох ловит на жадность, на жажду – денег, красивой жизни, молодости. А жертву – на азарт. Карта за картой отнимает жизненную силу, радость, любовь, чувства добрые, самую суть,то, что не взвесить, не изменить, что душой зовут. А того, кто с ним договор заключил, изнутри меняет, себе подобным делает, чтобы мог чужую силу воспринять. Только это как наркотик, перестал – и ломка. вся мерзость, что внутри скопилась, наружу выходит...
Беcчувственную госпожу Тенд переложили с пола на диванчик у стены. Её посеревшая кожа шла язвами, лoпалась, сочилась сукровицей и кровью.
– Ты, – Гица посмотрела на Валета, – за правдой пришёл, злодеев хотел изобличить, вот на этот крючок они тебя и подцепили. Хорошo, правнучка моя успела обманную карту перебить. Один есть способ от молоха спастись – если кто не побоится за тебя вступиться, взгляд его на себя обратить. А не успела бы... – она снова ткнула тростью в раму и приказала: – Ну-ка, мальчики, снимите эту штуку.
Четверо парней кряхтя и надуваясь сволокли со стены здоровенную раму и грохнули на пол – в сторонке, где ица велела.
Если бы Валету рассказали о том, что случилось дальше, он бы не поверил. Да он и глазам своим не поверил бы – решил, что это продолжение навеянных волшебным предметом галлюцинаций. Но рядом был десяток свидетелей,и все видели одно и то же.
По контуру тёмного отпечатка, оставленного рамой на обоях, прочертилась ломкая огненная линия,и участок стены внутри неё растаял, открыв провал, заполненный жемчужной мглой. Из этой мглы стали появляться люди – бледные, тощие, безволосые, с запавшими глазами, в которых застыло одинаковое потерянное выражение. Они рассматривали комнату, полицейских, собственные руки и ноги, ощупывали свои лица и головы, трогали серые балахоны без рукавов. Словно не только не понимали, куда их занесло, но и не знали, что такое они сами.
– Это же Руперт Крэнц, один из пропавших, - пробормотал стажёр ровер. Вот у кого память была фотографическая. - А вон Андрэ Лиру! Да все они…
Теперь и Валет стал узнавать лица с впалыми щеками и бескровными губами,так мало похожие на светописные снимки полных жизни людей из дел о пропаже.
– Марк! – взвизгнула Диди, бросаясь к доходяге, который бездумно водил пальцем по крышке бюро.
Тот попятился от неё, не узнавая, и чуть не упал.
Луис выругался себе под нос.
– Где там неотложка? Гровер, поторопи их!
ица глядела на найдёнышей и качала головой:
– Потерянные души. Тут неотложка не поможет. Колдун нуже. Истинный, как в старые времена. Да поживей.
Валет верил в силу современной медицины и не очень – в мифических колдунов, которые будто бы встречaлись и в наши дни. днако сейчас ни секунды не сомневался, что баба Гица права. По слухам, пара чародеев работала на министерство внутренних дел, и прятали их надёжнее самых ценных свидетелей. Может, у медиков есть свои маги-целители. Но пока провернётся бюрократический механизм, пока наверху решат, стоит ли оно того…
Старая ведьма как будто прочла его мысли, цокнула языком.
– Я знаю, где колдуна взять. Мне не откажут.
***
Встреча с магом концерна "Даймер" была обставлена, как шпионское рандеву. Вечером за Валетом прислали неброскую серую "мурену", высадили у огороженного пустыря на окраине города, велев идти вдоль забора до поворота.
За углом ждал чёрный лимузин с тонированными стёклами. Его дверца мягко отъехала в сторону и закрылась, как только Валет забрался в тёмное, пахнущее дорогой кожей нутро.
Валет никогда раньше не ездил в лимузинах, но из кино знал, как они устроены: роскошные диваны, поставленные друг против друга, столик, бар, перегородка, отделяющая салон от водителя.
Всё так и было.
