- С тобой она держалась дольше всего. Мы решили, что возможно, ты сможешь ей помочь или, в любом случае, она хотя бы заживет более-менее нормальной жизнью. Да и врача мы нашли неплохого. Он, конечно, посоветовал положить ее в клинику, чтобы пройти полное лечение, но у нас нет таких денег. Поэтому приходится обходиться таблетками и постоянным контролем за ее поведением. Оно может меняться очень быстро, но, думаю, ты это замечал иногда.
- Да, но не придавал значения...
- Оля хорошо научилась справляться с болезнью. Но как оказалось, ваши отношения ей не помогают. Жаль, что вижу это только я. Не осуждай Люду, она просто заботливая мать, да и... - стушевался Антон Васильевич.
- Не осуждаю, - решил успокоить. Какая разница сейчас оттого, что я чувствую. - Послушайте, Антон Васильевич. Я могу помочь с лечением. Вы сказали, что у вас есть хороший врач, а у меня есть деньги...
- Руслан, ты хороший парень, но я не могу пользоваться твоей добротой...
- Нет, вы не будете пользоваться. Я сам хочу помочь. Все же мы с Олей были вместе долгое время, да и я обещал быть с ней... А последние обстоятельства, я должен хоть что-то сделать. Прошу, не отказывайтесь.
- Спасибо тебе. Но ты пойми, что на твоем месте мог быть любой другой парень, просто она заметила тебя. И твое обещание... не нужно. Ты еще слишком молод. Не ломай себе жизнь.
- Но...
- Я не позволю быть вам вместе, тем более, как ты сам заметил, после того, что случилось. Сколько ты выдержишь с ней без любви? Сорвешься, а она снова возьмется за лезвие. Нет, даже не думай. Можешь поговорить с ней... хотя лучше не стоит, - потер он постаревшее лицо, - в любом случае ей станет хуже. Это вызовет новый срыв. Но она хотя бы сейчас в больнице, где ей смогут ту же оказать помощь.
- Антон Васильевич, я все равно помогу вам. Назовите мне фамилию врача. Я сейчас же свяжусь. Мы договоримся, чтобы Оле подготовили палату, перевезем ее. Не отказывайтесь, вам нужна эта помощь. Подумайте прежде всего о дочери. Нужно попытаться приблизить ее к нормальной жизни.
- Хорошо, мы тебе очень благодарны. Честно, прости, что пришлось столкнуться с таким, да еще и... - замотал он головой. Было видно, что мужчине неудобно, - но... Руслан, у меня будет просьба. Я знаю, ты обещал Оле быть с ней, но как я сказал, это не лучшее решение...
- Я вас понял, - кивнул. В этот момент я почувствовал такое облегчение и вместе с этим стыд. Я словно... последний мерзавец и трус, который сразу же готов сбежать. Но также понимал, что наши отношения в любом случае ни к чему хорошему не приведут. Все правильно. Хотя бы материально я смогу помочь ей. С Олей поработают специалисты. Она еще будет счастлива... Хотелось в это верить, иначе вина была просто неподъемной.
А еще удручало то, что Ира все равно не простит меня. Она не вернется... я слишком сильно обидел ее. И прекрасно понимал, что полностью заслужил все обвинения, которые она бросила мне сегодня. По сути, я просто переспал с ней, а после бросил, предпочтя, вернуться к бывшей. Хотелось рассмеяться... какая-то сплошная утопия.
Глава 9
Руслан
Я лежал в постели и смотрел в потолок, думая, как я смог пережить последние несколько дней. Когда Оля поняла, что я больше не приду к ней, и наши отношения закончены... это было не просто страшно. Жутко. Мне пришлось все же приехать, чтобы попытаться успокоить ее. Людмила Ивановна сама чуть не попала в больницу с сердечным приступом. Олины родители не ожидали, что в этот раз все будет еще хуже, чем раньше. Она кричала, ломала мебель в палате, кидалась на медперсонал. В итоге пришлось привязать ее к кровати и дать успокоительное. А узнав, как ее будут лечить, у меня волосы встали дыбом. Лекарства и постоянные разговоры с врачом были не страшны и даже привычны. Но когда у Оли начались явные припадки агрессии, ее лишили сна на несколько суток. Как оказалось, это способ лечения, называемый депривацией. Об электросудорожной терапии и лечебном голодании я старался вообще не думать. Для меня все было дико, но я понимал, что в клинике ей окажут необходимое и должное лечение.
А сейчас я мог, наконец, расслабиться. Теперь от меня ничего не требовалось. Антон Васильевич предупредил, что как только Оля пройдет курс лечения, они переедут. Он уже решал вопросы с продажей имущества и подыскивал более тихое и спокойное место, где его дочь сможет забыть обо мне и попытаться жить нормально.
