Камень был третьей по силе Деревней на всём материке. Первое место держала Коноха, второе — Кумо, а четвёртое — Суна. Потому именно на сдерживание первых и уничтожение последних были направлены основные силы Страны Огня, что развязывало им руки, но… Сжав до боли зубы Ишикава поморщился, но видят Боги, он бы предпочёл чтобы здесь были отборные головорезы Листа, но не этот Монстр, что прямо сейчас, В ОДИНОЧКУ, шёл к их позициям.
Кагуя по истине ужасающий Клан. Страна Земли знала об этом более всех остальных. Демоны во плоти, какие только слухи о них не ходили. Ему даже доводилось слышать, что в некоторых городах и селениях, в былые времена, при появлении их отряда люди прятались по домам, а те кто не успевал жались к стенам, зажимая руки и носы руками и прикрывая глаза. Эти люди верили, что если Демоны не учуют их дыхания, то и не смогут утащит в Яму. Глупое суеверие, но оно одно наглядно показывает что Повелители Костей были для этой земли куда как большим чем просто могущественным Кланом шиноби.
Те времена давно прошли. Уже несколько десятилетий Проклятые Вершины Гор Тенхо свободны от тирании Кагуя. Но имя их не забыто. Ишикава до сих пор помнил те сказки, что читала ему мать в далёком детстве и в них часто говорилось о том, что непослушных детей Кагуя утаскивают в свои подземные логова и поедают… живьём.
Прошли годы, он вырос и теперь точно знает что это ложь. Эти фанатичные безумцы куда более жестоки и кровожадны, чем говорилось в любых легендах и преданиях. То что они устроили пол года назад… На их пути не осталось ни городов, ни поселений, даже живность и та была перебита! За несколько месяце они вновь разожгли в его соотечественниках пламя страха, что медленно потухало под гнётом десятилетий и виной тому Он — Эмма Дай-О, Повелитель Проклятой Сотни — Тэкеши Кагуя!
В Мире Шиноби есть Великие Люди, вписавшие своё имя в историю, есть Легенды, память о которых никогда не сотрётся, а есть Он. Забыть его — мечта сотен тысяч, он не Легенда, не Пророк и не Учитель. Как бы трудно ни было это признавать — но для большинства простых людей и не малой части шиноби — этот садисткий ублюдок почти-что Бог, что лишь на ступеньку ниже Мудреца Шести Путей. Только если последний почитаем за доброту и мудрость, то Первый Из Кагуя — ненавидим всеми кто не является Кагуя, но всё равно восхваляем. Абсурд, но страх заставляет людей молиться ему, строить алтари и храмы в его честь! И всё ради призрачной надежды на милость!.. Которой всё равно не будет.
Одинокая фигура в белом кимоно, окутанная ореолом длинных алых волос замерла посреди пустыря, не дойдя каких-то пару сотен шагов до их укреплений. Он хочет говорить? Хорошо. Быть может в ходе беседы удастся понять что этот безумец задумал, а главное — как это предотвратить!
— Неплохой заборчик. Почти такой же как на курятнике в моих фермах. Разве что у вас тут, как я погляжу, одни желторотые цыплята собрались. Неужто никого получше не нашлось?
Очевидную провокацию Первый Цучикаге пропустил мимо ушей, чего нельзя сказать о десятке его сопровождающих, коих слова скалящегося демона явно зацепили.
— Горделив и самонадеян, как и всегда, — Ишикава изо всех сил старался да бы его голос звучал спокойно и размерено. Сейчас нельзя было дать слабину.
— Скорее стар и опытен, — всё так же показушно весело ответил ему рогатый ублюдок, — Да и к тому же, как я должен величать тех, кто словно стая побитых псов бегала от меня по всей Стране Земли?
— Шиноби Ивагакуреи никак иначе. На что ты надеешься?
— Надежда — глупое чувство. Если выживешь, запомни мои слова, щенок. Так что я ни на что не надеюсь — лишь действую. А пришёл я сюда по вполне очевидной причине, — на мгновение из-под маски балагура показался безумный взгляд обещавший им всем нескончаемые мучения, но тут же пропал. Только лёгкие флёр сильнейшей жажды крови, что он когда либо испытывал за свою жизнь повис в воздухе, — Втоптать в грязь ничтожеств, что посмели поднять руку на моих соклановцев, после чего вырезать их семьи у них на глазах, отрезать им руки и ноги, выколоть глаза, вырвать языки и проколоть барабанный перепонки, оставив медленно гнить на ещё тёплых труппах их близких.
— Но не убить.
— Разумеется нет. Смерть это милосердие, я не милосерден.
— Верно, ты безумный маньяк, садист и мясник.
— А вот это уже наглая ложь. Я ни разу… хех, хорошо, лишь раз в своей жизни я получил удовольствия от мучения своей жертвы. Всего раз. Что же касается прочих, то это сугубо меркантильный расчёт. Ведь узрев страдания тех кто осмелился напасть на мой Клан, представив себя на их месте… Ха-ха-ха. Все прочие трижды подумают — а стоит ли оно того. Вы — яркий тому пример. За несколько десятилетий без постоянных напоминаний о порядке вещей, вы явно забыли о своём месте в пищевой цепочке. Пришлось напомнить.
