— Ты создал Жизнь из Ничего! Не её жалкое подобие, не банальную иллюзию, но настоящий живой организм!
— По факту я лишь воплотил часть себя, не более.
— Это только начало! Вот увидишь, когда ты пойдёшь дальше твои возможности будут лишь ширится! И все «техники», дзюцу и прочее на фоне того что тебе предстоит будут просто пылью!
— Слишком уж громкие слова, при столь скудных результатах, не находишь?
— Возможно. Но один мудрый человек как-то сказал мне — Большое всегда начинается с малого.
Приоткрыв створку дверей я проскользнув внутрь залитой предрассветным светом комнаты.
Несмотря на ранний час Умеко уже была на ногах, поправляя перед массивным ростовым зеркалом одной ей видимые огрехи в своём наряде и готовясь к выходу, однако, стоило ей лишь заметить меня, как вся работу пошла насмарку — идеальное сидящее кимоно исказилось и помялось, сложная причёска растрепалась на бегу, но мне было на это плевать. Удерживая на весу столь драгоценную ношу, я наслаждался ароматом её волос, теплом её тела, ей всей без остатка.
— Я вернулся, — такая банальность, но почему-то мне казалось очень важным сказать ей это.
— Я рада, — прошептала она мне в ответ и вновь зарылась лицом в мою гриву. И чего она только в ней нашла?
Всё ещё удерживая её на весу, я медленно сел на пол, аккуратно устроив Умеко на своих коленях. В таком положении мы и просидели целый час, просто разговаривая. О том что произошло за время нашей разлуке, о делах Клана, о её буднях… о Мито.
Когда разговор зашёл о принцессе Узумаки я невольно поморщился, что разумеется не осталось незамеченным ею:
— Дорогой, что-то случилось?
— Да… Случилось. Я… — нужные слова всё никак не хотели срываться с языка, — Ты… Прости меня.
— За что?
— За боль, что причинил тебе. Я не могу представить сколь тяжело тебе было. Этот брак… Союз с Узумаки был необходим Клану, а Мито…
— Тебе приглянулась, — грустно улыбаясь закончила она за меня.
— Я не стану говорить что если бы не нужда, то я бы поступил иначе. Сейчас эти слова ничего не стоят. Я просто хочу что бы ты знала — я никогда не хотел сделать тебе больно.
— Я знаю, — нежно проговорила она обхватив моё лицо руками, — И ты прав, я чувствовала себя преданной, обманутой… брошенной. И это была мука, в тысячу раз более страшная чем все раны, что я когда либо получала…
— Я…
Её пальчик легонько коснулся моих губ.
— А потом у нашего дома появился Биджу. И ты ушёл сражаться с этим монстром. С этой тварью, что стирала с лица земли целые страны, как всегда — в первых рядах. Хаширама рассказал мне про свиток, что без этого фуин бой длился бы дни, а счёт погибших шёл бы на тысячи. И я… я… — в уголках её зелёных глаз появились слёзы, — Я вспомнила как ты пришёл тогда… в предгорьях Тенхо… израненный, в бреду… весь обгоревший… ты так страдал, даже кричать от боли не мог… лишь хрипел… — она продолжала смотреть на меня, а по её щекам стекали слёзы, — Ты едва не умер тогда… твоё сердце трижды переставало биться… Потому, когда я увидела тебя — уставшего, раненого, но живого, улыбающегося мне несмотря на боль и слабость, то была готова по пояс поклониться каждому жителю Узушио, от мала до велика, и после, когда ты уходил на войну… я видела как ты собирался в дорогу… как складывал в новый свиток медицинские печати, взрывные фуин… и знаешь, мне было чуть спокойнее… чуть легче… Я люблю тебя — Тэкеши Кагуя, и буду любить до самого конца. Потому, я приму любое твоё решение, если оно позволит отсрочить миг нашего последнего расставания.
— Умеко… Я…
— Я знаю, знаю.
Комната вновь погрузилась в умиротворяющую тишину, спокойную и удивительно желанную.
Так прошли минуты, медленно складываясь в часы, как вдруг Умеко отстранилась от меня и серьёзно произнесла:
— Ты должен навестить и её.
Я вновь стыдливо отвёл взгляд. С Мито я не виделся со дня моего последнего визита в Коноху и…
— Я просто не знаю что ей сказать.
— Скажи что скучал, что рад её видеть, — абсолютно серёзно ответила она мне.
— Вопрос в другом… Она так молода, а судьба связало её со мной — стариком в обличье юнца…
— Скорее с мудрым мужчиной в самом рассвете сил.
— Ты прекрасно понимаешь что я имею ввиду.
— Да, но она любит тебя. Остальное не важно.
— Я не был бы так в этом уверен. Её эмоции трудно читать, а лицедейству не сложно обучиться…
— Мужчины! Как же вы порой близоруки. Не нужно уметь читать чужие мысли чтобы понять что человек влюблён.
— Мы не так давно знакомы. Она мне понравилась, однако я это я…
— А она это она. Поверь, эта девочка полюбила тебя едва увидела.
— Сложно в это поверить.
