И поражает своей жгучей, своей вечной «современностью» скупой ответ Сида на жалобы Химены из того же старого романса:
Именно эту вечную, общечеловеческую «современность» и внесла народная поэзия в биографию исторического Сида. История и легенда слились в его образе неразрывно. Поэтому-то Мой Сид принадлежит каждому, кто верит в светлый идеал свободы, поэтому-то Мой Сид на протяжении всей истории Испании всегда оказывался рядом с теми, кто защищал достоинство его родины. Знаменитый поэт нашего века Антонио Мачадо видел его образ доблестной тенью, сражающейся в рядах борцов народной Испании против фашизма, и во время национально-революционной войны 1936–1939 годов защитники Мадрида пели знаменитый «Гимн Риего», где говорилось: «Шар земной видит в нас сынов Сида!»
История Сида, воспетая древней эпической музой, рассказанная в старинных хрониках, исследуемая учёными на протяжении долгих лет, перевоплощённая драматургически испанцем Гильеном де Кастро и знаменитым французом Корнелем, естественно должна была найти своё место в художественной прозе Испании, питаемой вдохновением народных традиций и народной борьбы. Наше время, быть может более чем какое-либо другое, требовало своего толкования и воплощения истории-легенды исконного героя испанского народа — Сида Воителя.
У каждого писателя есть главная тема, главная любовь его литературной жизни. Иной раз он сразу встречает эту любовь, иной раз ищет до конца дней своих. Но не он один ищет: тема тоже словно ищет тот мозг, то сердце и ту писательскую руку, что могут воплотить с наибольшей интенсивностью и полнотой всё то, что заложено в этой теме. Встреча писателя с его главной темой никогда не бывает случайной. Испанская писательница Мария Тереса Леон с детства жила и росла в атмосфере своей главной темы. Уроженка города Бургоса, землячка Сида, племянница учёного, посвятившего эпохе Сида свои труды — Рамона Менендеса Пидаля, Мария Тереса Леон все детские и юношеские годы как бы воочию видела перед собою «Сидово время», которое бережно и немо хранили древние камни города. Это «Сидово время», как эхо первой борьбы за свободу и честь Испании, несла она в себе и позже, когда, совсем ещё молодой женщиной, но уже писательницей и уже коммунисткой, рядом со своим мужем, известным поэтом-коммунистом Рафаэлем Альберти, ездила по фронтам национально-революционной войны 1936–1939 годов вместе с «театральными дружинами», организатором которых была и благородной миссией которых было нести людям, сражающимся за родину, радость встречи с неувядающим испанским искусством, с живым родником задорной, печальной и вечной народной песни. Они недаром назывались «театральные дружины», эти маленькие отряды энтузиастов прекрасного: они и впрямь напоминали партизанские отряды, и им тоже приходилось карабкаться по неприступным горам… с боевой песней на устах…