Она повернулась и нырнула обратно в американский лабораторный отсек. «Нож. Где, черт возьми, может быть нож?» В свете мигающих красных лампочек она увидела медицинский шкаф. «Скальпель». Эмма открыла ящик, потянулась к поддону с инструментами и вернулась в Нод-2.
Григгс взял скальпель и принялся резать кабель.
– Мы можем чем-нибудь помочь? – крикнул Лютер.
Обернувшись, Эмма увидела, что он, Николай и Диана покачиваются в проеме люка.
– Пробоина в японском лабораторном модуле! – сообщила она. – Мы хотим перекрыть его!
Вдруг фейерверком полетели искры. Григгс вскрикнул и отпрянул от кабеля:
– Черт! Он под напряжением!
– Нужно перерезать его! – настаивала Эмма.
– И зажариться до хрустящей корочки? Я так не думаю.
– Тогда как мы заблокируем люк?
– Отходим! – воскликнул Лютер. – Отходим в лабораторию! Мы заблокируем весь узловой модуль. Изолируем эту часть станции.
Григгс посмотрел на искрящийся провод. Он не хотел перекрывать Нод-2, ведь тогда им придется пожертвовать как японским, так и европейским модулями, давление в которых окончательно упадет, и попасть в них будет невозможно. А еще это значит пожертвовать стыковочным портом шаттла, который также находится в Ноде-2.
– Народ, давление падает! – объявила Диана, глядя на ручной манометр. – Опустилось до шестисот двадцати пяти миллиметров! Бросайте все и перекрывайте модуль!
Эмма задышала чаще, стараясь наладить дыхание. Гипоксия. Если в ближайшее время что-нибудь не предпринять, они потеряют сознание.
Она рванула Григгса за руку:
– Уходим! Это единственный способ спасти станцию!
Он сокрушенно кивнул и вместе с Эммой перешел в американский лабораторный отсек.
Лютер попытался захлопнуть люк, но не смог сдвинуть его с места. Находясь по ту сторону Нода-2, им приходилось тянуть, а не толкать дверцу люка. К тому же нужно было преодолевать сопротивление выходящего воздуха и резкого разрежения атмосферы.
– Нам придется покинуть и этот модуль! – крикнул Лютер. – Отходим в Нод-1 и перекрываем следующий люк!
– Черта с два! – сказал Григгс. – Я не брошу еще и этот модуль!
– Григгс, у нас нет выбора. Я не могу закрыть люк!
– Тогда я закрою его!
Григгс схватился за ручку люка и попытался захлопнуть его, но тот сдвинулся только на несколько сантиметров, и командир в изнеможении отпустил ручку.
– Ты собираешься погубить всех нас ради спасения этого чертового модуля! – закричал Лютер.
– «Мир»! – вдруг крикнул Николай. – Надо запитать утечку! Запитать!
Он выскочил из лабораторного отсека, направляясь к российской части станции.
«Мир». Все сразу поняли, что он имеет в виду. 1997 год. Столкновение «Прогресса» с модулем станции «Мир» «Спектр». В корпусе образовалась пробоина, и драгоценный воздух начал уходить из «Мира» в космос. Русские, с годами получившие больше опыта в управлении космическими станциями, знали, что предпринять: надо запитать утечку. Накачать в модуль дополнительного кислорода, чтобы поднять давление. Это не только даст им время для работы, но уменьшит давление, и они смогут закрыть люк.
Вернувшись в лабораторный отсек с двумя баллонами кислорода, Николай лихорадочно открыл клапаны. Даже сквозь вой сирены они слышали свист выходящего из баллонов воздуха, который заполнял Нод-2. Запитка пробоины. Они подняли уровень давления с другой стороны люка.
«Но кислородом заполняется и модуль с проводом, находящимся под напряжением, – подумала Эмма, вспомнив искры. – Это может привести к взрыву».
– А теперь попытаемся закрыть люк! – крикнул Николай.
Лютер и Григгс схватились за ручку люка и потянули. То ли благодаря их общему отчаянию, то ли благодаря кислородным баллонам, уменьшившим разницу в давлении, но люк начал медленно закрываться.
Григгс герметично закрыл его.
Некоторое время они с Лютером просто висели в воздухе без сил; оба были так измотаны, что не могли говорить. Затем Григгс обернулся – в мигающих огнях его лицо блестело от пота.
– А теперь давайте вырубим этот чертов вой, – предложил он.
Ноутбук все еще плавал там, где он его оставил, в Ноде-1. Глядя на экран, он быстро ввел серию команд. Ко всеобщему облегчению, сирена затихла. Мигающие красные огоньки тоже потухли, и теперь на пультах аварийно-предупредительной сигнализации горели только желтые лампочки. Наконец они могли говорить тихо.
– Давление воздуха выросло до шестисот девяноста и продолжает подниматься, – сказал он и облегченно хохотнул. – Похоже, мы на правильном пути.
– Тогда почему у нас до сих пор предупреждение класса три? – спросила Эмма, указывая на желтые огни на экране.
Предупреждение класса три означало одну из трех вероятностей: либо вышел из строя компьютер резервной системы наведения, либо отказал один из гироскопов, либо они потеряли связь с Центром в диапазоне S.
Григгс застучал по клавишам:
– Все дело в связи. У нас ее нет. Видимо, «Дискавери» сбил ферму Р-1 и вырубил радио. Похоже, они еще снесли нам солнечные батареи по левому борту. Вышел из строя фотогальванический модуль, поэтому у нас до сих пор нет питания.
