– Теперь будьте осторожны. Мы можем попасть в переплет.
Она крепче сжала револьвер и начала карабкаться вверх.
Труп еще одного ассистента преградил им путь примерно на середине лестницы. Джек протянул руку, чтобы помочь мисс Темпл перешагнуть через труп. Они преодолели последние ступени пригнувшись, а потом спрятались за откинутой крышкой люка и стали прислушиваться.
– Вы ничего не добились, мадам! – прозвучал манерный тенорок Шофиля. – Ничего, помимо того, что отдали все в мои руки!
– Как такое может быть? – Голос графини доносился откуда-то издалека. – Вас лишили наследства, разве не так? Официально, с точки зрения закона, вы – пустое место!
Шофиль рассмеялся.
– Завещание у меня, и, как только оно сгорит, я потребую восстановления законных прав. Вы слишком поторопились убить алхимика! Его драгоценный пустой сосуд таковым и останется: как будто Чаню, известному преступнику, когда-либо позволят получить такое наследство! Неважно, что заявлено на этом клочке бумаги, мои собственные сторонники, влиятельные люди…
– Они не ваши сторонники, – вмешался доктор Свенсон. – Роберт Вандаарифф все подстроил. Точно так же, как он позаботился о том, чтобы вы скупили бумаги графа, и снабдил вас деньгами. Эти люди верны ему, и они выполнят его завещание.
– Ах, какая замечательная история! – весело сказал Шофиль. – Его намерения… Да, я понимаю стратегические замыслы дяди. Но зачем ему поддерживать меня? Чем я мог быть полезен как противник?
– Тем, что вы показали ваше подлинное лицо, – ответил Свенсон. – Ужасными поступками вы и только вы дали возможность преступнику, такому как Чань, стать наследником. Вы сомневаетесь в том, что герцогиня Когстедская, у которой за спиной поддержка всего двора, не вмешается в пользу Чаня, если это поможет уничтожить вас?
Шофиль замолчал, а потом разразился истерическими криками:
– Нет! Нет! Двор – это ничто. Теперь, когда Вандаарифф умер, эти люди прислушаются к голосу здравого смысла и поддержат меня, человека, которого знают. И зарубите себе на носу, доктор, я не забуду ни единого слова. После того, как я сожгу завещание, тогда и посмотрим…
– Ну, начните же думать, – обратился к нему Свенсон. – Вы вообразили, будто нет заверенных копий завещания, хранящихся в банке? Он предусмотрел все возможные проблемы. У вас ничего не выйдет.
– Нет? – Мисс Темпл услышала звуки борьбы, и доктор Свенсон застонал от боли. – Я могу всех вас наказать. И лишить жизни этого преступника прямо сейчас. Если он будет устранен, собственность перейдет мне, сколько бы чертовых завещаний ни обнаружилось!
Мисс Темпл выскочила на свет, проскользнув мимо Пфаффа.
– Убирайтесь от него! – Ее голос звенел как труба. Голубые руки Шофиля уже были у шеи Чаня. Селеста нажала на спусковой крючок, но пистолет оказался слишком большим и тяжелым, и пуля прошла выше, разбив фрагмент мозаики. Девушка снова прицелилась, помогая себе второй рукой, прямо в сердце Шофиля.
– Селеста, – вскрикнул доктор Свенсон, стоявший на коленях.
– Подождите! – Это был огромный темнокожий мужчина в грязном шелковом жилете, растирающий запястья, на которых виднелись следы от веревок. На полу позади него неподвижно лежал окровавленный мистер Фойзон. Увидев его, мисс Темпл пришла в ярость. Она снова нажала на спусковой крючок, но Пфафф, подобравшись к ней, схватил пистолет, и боек вместо капсюля ударил по его пальцу, так что выстрела не последовало. Он зарычал от боли и, поморщившись, выхватил у женщины пистолет.
Мисс Темпл лягнула Пфаффа в голень. Он выругался, похромал прочь, глядя в окно. Только тогда Селеста заметила кровь и мертвеца в маске из перьев.
– Мисс Темпл, не двигайтесь! – Голос графини был приглушен и надетым на ее голову шлемом, и стеклянным барьером. – Мистер Пфафф?
– Все готово, я здесь, ваша светлость.
– Это нонсенс, – заявил Шофиль. – Я убью кардинала, а потом и всех остальных.
Пфафф поднял револьвер, держа на прицеле всех, кто был в комнате.
– Ну, ну…
Шофиль подлетел к нему быстрее, чем Пфафф мог прицелиться, и выбил револьвер, который упал на пол. Пфафф замахнулся бронзовым кастетом, но Шофиль увернулся и шквалом ударов отбросил противника на стеклянный экран. Последний удар, и тот рухнул, хрипя. Шофиль поставил ногу на шею Джека.
– Вы сдадитесь, мадам, или ваш человек умрет.
– Это ваш человек, в той ванне рядом с Харкортом, не правда ли?
Тон графини был вежливым, будто она наводила справки о портном. Шофиль обернулся.
– Да. Мистер Келлинг. Очень полезная персона, и такое постыдное обращение с ним…
– Не знаю, полезнее ли он для вас, чем полковник Бронк.
– Что? Полковник Бронк – мой добрый друг.
– У вас нет друзей. Вы – крыса.
Лицо Шофиля побагровело.
– Выходите немедленно! Или я вам обещаю, что этот человек за все заплатит.
Графиня шагнула на помост к пульту управления. Ее рука заплясала над бронзовыми колпачками и рукоятками.
– Не работает, – сказал ей Махмуд. – Вандаарифф пытался. Машины…
