— Весь пласт информации, каким вы обладаете по работе организации. И необходимо сообщать нам о планирующихся акциях, все детали подготовки. Дата, время, место акции. Участники из приглашенных местных. Как вы с ними расплачиваетесь?
— Когда как. Взрослые чаще требуют доллары. Реже продуктами. С детьми — сладостями, хлебом. Ну или платим их родителям, когда покупаем этих живых кукол для съемок.
Тарек дернул плечом, но промолчал.
— Кстати, я не против гонораров, — Маркас протянул руку к сигаретам Тарека, лежащим на табурете между ними. — Можно? — закурив, он выжидающе поглядел на араба. — Как мы будем осуществлять связь?
— Что, Руэридх снял вас с довольствия? Будет гонорар, не сомневайтесь. Наличными — так в вашем случае проще и безопаснее.
Когда араб произнес имя отца, Маркас затаил дыхание. Сомнений не оставалось — он перед ними как на ладони.
Тарек так построил разговор, что, не обладая полными данными о биографии и судьбе агента, он дал ему понять, что знает о нем все. Про Руэридха разузнал Теплов — резидент в Лондоне, обнаружив журнал, где на обложке Маркас с отцом. А из интервью извлек много полезного.
— Роули мертв. Мы преподнесем это англичанам как нападение бедуинов. Те, что не перекочевали от войны подальше, рьяно лупят игиловцев и тех, кто им помогает.
— Они же сунниты…
— У них были стычки с игиловцами, теперь они враги. Мы дадим вам нового телохранителя. Он и будет связным, — Тарек имел в виду Алима.
— Вероятнее всего, мне пришлют другого охранника из Англии. А меня еще, чего доброго, заподозрят в убийстве Роули.
— С чего? У вас был конфликт? — напрягся Тарек.
— Да не особо. Капали друг на друга в Центр. Он мне никуда не давал ездить, остерегал от любых встреч. А я не послушался, — Маркас грустно опустил глаза.
— Вот в таком ключе и оформите шифровку в Центр. Какой вы болван, не прислушивались к Роули, а он оказался прав и сложил лихую голову из-за вашей беспечности. Займитесь самобичеванием. И чем качественнее вы станете это делать, тем лучше. Напишите, что нашли временного охранника из числа бойцов организации.
— У нас сотрудники, а не бойцы.
— А когда помогают отражать натиск правительственных войск с оружием на стороне боевиков, они тоже всего лишь «сотрудники»? Будет вам, Маркас.
— Сдаюсь, — вскинул руки Макгрегор. — Надеюсь, ваша гремучая смесь, которой вы меня опрыскали, не сделает меня импотентом.
— Напротив, взбодрит, — отшутился Тарек. — Вам осталось подписать пару бумажек и составить собственноручно…
— Завещание?
— Ну это никогда не поздно. Я имел в виду биографию, — не выпуская из поля зрения шотландца, Тарек встал и взял со стола папку с чистой бумагой и подготовленным согласием на сотрудничество с российской разведкой.
— Также опишите детали вашей вербовки и всех, кто с вами контактировал с 1994 года из спецслужб. Внешность, имена, предположительный возраст. Поподробнее. Да и вот еще что, — добавил Тарек, когда Маркас подписал согласие и взялся составлять свою биографию. — Мой приятель, который будет вас охранять, профессионал. Не стоит с ним шутить. Он и в самом деле сохранит вам жизнь в случае опасности, но с легкостью и отнимет ее, если почувствует, что вы вознамерились нас надуть. Если вы решите сразу же по возвращении на базу «Белых касок» заявить о произошедшем, вместе с вашим согласием мы опубликуем все данные, о которых я говорил, связанные с деятельностью организации. За вами станут охотиться и сирийцы, и мы. А самое главное, вам не поверят ваши кураторы из МИ6, так как только что вы подписали согласие, датированное первым числом прошлого месяца.
Макгрегор усмехнулся. «Что я, собственно, ждал? — он поглядел на хитрого араба, напоминающего Саддама Хусейна. — Джентльменского отношения? Да и кто придумал это понятие «джентльмен»? Англичане. Чопорный и невозмутимый аристократ — это и обо мне. Только настоящие англичане-джентльмены расстреливали из пушек людей в Индии и создали первые концлагеря во время англо-бурской войны, еще до немцев, которым приписали это изобретение».
Маркас сел к столу и написал: «Маркас Руэридх Макгрегор, граф…»
Виктор Сергеевич Серов выбрался в Чехию уже не первый раз за этот год. По поручению МИ6 он находил бывших сотрудников органов госбезопасности ЧССР и старался выудить из них сведения, остававшиеся по сей день актуальными. Его работе способствовало то, что некоторых он знал еще по советским временам. Личные контакты ускоряли дело, а посещение стран Варшавского Договора позволяло передать накопленные за несколько месяцев сведения в Центр, в Россию.
В этих же странах он встречался с дочерью, приезжавшей из Москвы, когда ездил в Румынию и Болгарию. Он объяснял подобные встречи на нейтральной территории своим кураторам из МИ6 тем, что Марине так проще — меньше внимания со стороны российской контрразведки. На самом деле Серова тяготило внимание к дочери английских спецслужб во время ее приездов в Лондон.
