Он был убежден, что она порочная лгунья, и продажная девка. Ни на грамм не верил невинному личику, огромным глазам полных слез. Виновна, и он заставит ее ответить по всей строгости закона! Она увидев его уверенный взгляд и улыбку, почувствовала теплый лучик надежды, что он ее спасет! И вот теперь не верит никому! Что будет, если они встретятся? Она уверена в своих силах, и будет мстить!
Пятница, 13 августа. Здание суда гудит, словно взволнованный улей. Еще бы, не гудеть, когда в зале заседаний выносится приговор. Журналисты атакуют, народ возмущается несправедливости, судья стучит молотком, предупреждая — тишина должна быть в зале.
Но, привлекает всех не моя личность, которая находится на скамье подсудимых, а жертва в лице Хисина Павла, младшего сына хозяина империи «Хисинхим», концерна химических заводов нашей страны. И сегодня, император Павел Кириллович Хисин собственной персоной, присутствует на оглашении приговора.
— Еще раз, уточняю, гражданка Орлова, вам понятны выдвинутые против вас обвинения?
Пыталась сглотнуть, но во рту, словно Сахара выпалило жаром, охрипшим от страха голосом, сказала:
— Да.
Я до сих пор, не могла поверить в происходящее, что нахожусь в зале заседаний суда, и меня обвиняют в распространении наркотиков.
Кажется, только вчера проходила практику, показывая очень хорошие результаты в поставленных опытах, а вечерами подрабатывала официанткой в ночном клубе, чтобы было на что существовать, и не потерять жилье, которое снимала, приехав из провинции в столицу. То, что происходило сейчас, просто не укладывалось в голове. Надеялась, что это просто кошмарный сон и вот-вот проснусь.
Но это не был сон. В ушах звенело, когда услышала, как судья произнес:
— У вас есть право последнего слова!
Подняться со скамьи оказалось не легким процессом, деревянная поверхность уже стала частью моего мягкого места, и жутко болела поясница, так как приходилось сидеть, будто проглотила спицу, в глазах плескался океан не пролитых слез. Уцепилась за решетку клетки, в которую меня посадили, словно дикого зверька, и тихо прошептала:
— Я невиновна!
Неужели, никто не верит мне? С отчаянием взглянула на своего адвоката, назначенного судом, так как сама не была в состоянии оплатить свою защиту, но та искала что-то в своих записях, и не смотрела на меня.
Кирилл Павлович, старший сын императора, вальяжно раскинулся на стуле, в своей любимой позе — диктующая мужское доминирование, и наблюдал, пока судья зачитывал все статьи УК РФ.
Его практика в уголовных делах была минимальной. Он вгрызался в глотки адвокатов западных корпораций, выигрывая дела на благо, и прибыль своей империи, такими случаями не занимался, от слова совсем. Лицензию вести уголовные дела имел на всякий случай, который не заставил долго ждать из-за безголового младшего братца, по просьбе отца пришлось взять дело, и вытаскивать шалопая из этой переделки максимально чистым.
В свои двадцать восемь Кирилл изучил международное право, и наработал не малую практику в концерне отца, разрешая коммерческие споры между крупными холдингами. Даже с его никаким опытом ведения уголовных процессов, прочитав материалы дела, решил, что брата он вытащит с наименьшими потерями.
Произошла потасовка в ночном клубе. Его брат приставал к официантке, та в свою очередь смогла постоять за себя, и на лице Павла красовался сине-желтый фингал. Прибывший полицейский попросил проехать в отделение полиции, до выяснения обстоятельств драки. Но испугавшись скандала, Пашка обвинил девушку в реализации подозрительных пакетиков с белым порошком. Как показала экспертиза, там был Метадон. Девушка утверждала, что не знает, как упаковка с наркотиком попала к ней в карман фартука.
Ее адвокат пыталась представить дело так, что кто-то подкинул ей его — настаивая на том, что этот кто-то был сам Хисин младший.
Кирилл, пообщавшись с младшим братом, понял, что парень без ума от этой девушки и хочет давать показания против нее за то, что та отвергла его ухаживания. Увидев фотографию Орловой, мог его понять. С карточки на него смотрела красавица блондинка с зелеными как трава в россе на рассвете глазами, что большая редкость для такого типа девушек, пухлыми губками и прямым носиком, в униформе официантки — белая рубашка, расстегнутая до ложбинки груди, шорты не скрывали соблазнительные изгибы ее бедер, и фартучек с кармашком спереди. Длинные ноги были почти совершенны. Да, Орлова могла соблазнить любого мужчину, а у переполненного буйными гормонами юнца, не было ни одного шанса, устоять перед такой дивой.
Он наблюдал, как Мария, держась за прутья решетки, своими изящными пальцами, утверждая, что она невиновна. «Негодяйка лжет», — подумал он, внимательно изучая ее.
Сегодня девушка выглядела скромно. Вероятно по совету адвоката. Волосы собраны в пучок, никакой косметики, легкое летнее платьице в ромашки. Уставший, потерянный взгляд говорил о бессонных ночах, проведенных в сизо. Честно говоря, адвокатша оказала ей медвежью услугу своим советом. Декольте подчеркивало высокую грудь, струящийся шелк обтянул узкую талию и округлые бедра. Она смотрелась вызывающе, но главное, выглядела старше своих двадцати лет. А ведь ей могли бы смягчить наказание из-за юного возраста, и отличной характеристики от директора техникума, диплом которого еще не успела обмыть.
