Стамбул, как и Красноводск, как и Владивосток, своими строениями амфитеатром поднимается по склонам холмов. Его улицы террасами спускаются вниз. Волшебной красоты город из сказок «Тысячи и одной ночи»!
В порт «Стамбул» залива Золотой Рог не зашли.
Гагринский был разочарован. Надо же! Мимо проплывают крепость Румели-Хисар, православный храм Святой Софии, превращенный в мечеть Айя-София … А вот на мысу Золотого Рога и султанский дворец Сераль!
Эх, когда еще удастся ступить на эту землю!
Кудашев взял Гагринского за руку. Указательным пальцем отстучал ему по запястью морзянкой: «Успокойся! Не привлекай к себе внимания».
Четыре часа двадцать минут понадобились «Антуанетте» на переход Мраморного моря. Достигли нового разлома в известковых скалах, разделившего Европу и Азию – Дарданеллы. Только слепой мог не увидеть удивительное, почти идентичное повторение линий европейского и азиатского берегов. Так идентичны линии двух половинок сломанной черепичной плитки.
Кудашев глянул на хронометр, засек время.
– Уже работаем, Александр Георгиевич? – решил пошутить Гагринский.
– Уважаемый господин Грингард, – ответил ему маклер Бакинской нефтяной компании Тагиева Семен Коротич, – мой опыт подсказывает мне: в делах нашего углеводородного бизнеса шутки неуместны. Они могут привести к большому пожару на нефтепромыслах.
– Понял, больше не буду. Но если вы посмотрите выше капитанской рубки, увидите кое-что интересное! – кивком головы Гагринский указал на верхнюю палубу.
Кудашев, не поворачиваясь, одним взглядом оценил обстановку. На «скайдеке» – самой верхней палубе, где пассажирам запрещено появление, и хранятся спасательные круги и шлюпки, трое мужчин в форме рядовых матросов. Один крутит ручку камеры. Синема! Второй ведет наблюдение через стереотрубу. Третий пишет на большом, с газету, листе бумаги.
– Уходим, – приказал Кудашев Гагринскому. – Медленно и спокойно. В каюту.
В каюте Кудашева ждал сюрприз. Все вещи были на месте, вот только на паркете под чемоданом – пятнышко рассыпанного зубного порошка. Кудашев вынул из кармана лупу, осмотрел замки чемодана. Так и есть: исчезла «пломба» - волосок самого Кудашева, что был петелькой вставлен в замочную скважину.
– И что? – спросил Гагринский.
– Моя мина для любопытных сработала, – в полголоса ответил Кудашев. – Обыск был у нас. Полагаю, если ничего не пропало, были не воры.
Открыл чемодан. Осторожно осмотрел вещи.
Гагринский тоже полюбопытствовал.
Вещи были в сохранности. В потертом кожаном портмоне десяток визитных карточек российских торговых домов, отдельных купцов, врачей, адвокатов и банкнота в сто рублей – «Катенька». Несколько номеров «Биржевых ведомостей», две колоды игральных карт, томик Пушкина, журнал эротических фотографий, четыре смены белья, несколько галстуков…
– Все на месте! Теперь гляньте свои вещи, господин Грингард!
У Гагринского тоже ничего не пропало. Но на белоснежной сорочке лежала кучка сигаретного пепла.
Гагринский был расстроен. Кудашев, напротив, успокоился.
– Прошу не переживать, господин Грингард! Наше путешествие только начинается. Уважаю французскую контрразведку. На каких дальних подступах к Франции начинают работать! А работы много… Они же весь пароход переворошить, верно, успели. Устали, закурили, пепел в ваш чемоданчик уронили… Все, по человечески, понятно. Беспокоиться не будем, но не будем и расслабляться. Шутить будем, когда домой вернемся в Россию!
– Прошу прощения, господин Коротич! – Гагринский не смел поднять глаз. – Я научусь. Всему научусь. Не расскажете мне, что происходило сегодня на «скайдеке» – самой верхней палубе? Почему мы ушли?
– И это понятно. Понятно, почему отменена традиционная остановка в порте Стамбул. Французская военно-морская разведка под прикрытием пассажирского рейса работала. Почти не скрываясь. Французам, конечно, «Проливы» знакомы несравненно лучше, чем нам. В Крымской войне 1853-1856-го союзниками Турции против России выступили и Франция, и Англия. Полагаю, Турция получала полную военную поддержку, включая и инженерную. Следовательно, система инженерно-оборонительных сооружений в Дарданеллах Франции известна очень хорошо. На сегодняшний день политическая ситуация изменилась. Франция – союзница России по договору 1904 года, а договор 1907 года с Англией окончательно сформировал военно-политический союз Антанты – «Сердечного согласия»! У Турции с Германией нет своего договора о военно-политическом союзе, но они прекрасно обходятся договорами локальными о военном сотрудничестве на поставку артиллерийских орудий Круппа, винтовок Маузера, на обучение офицерского состава турецкой армии. И, конечно, на модернизацию инженерно-оборонительных сооружений. Думаю, модернизация проведена турками не слабая. Если стальные пушки Круппа уже в Энзели появились, то здесь - и подавно!
Кудашев аккуратно, под лупой, снова вставил свою «пломбочку» в замок, запер чемодан. Продолжил:
