– Концертными номерами и конкурсами, – заявила Фима.
– Да, да, – рассмеялась Анастасия Борисовна. – Надюша, Фимочка мастер конкурсов. Когда Вадим Сергеевич праздновал свой юбилей, мы просто обхохотались!
– И сейчас посмеетесь! – пообещала Фима. – Первый конкурс. Принцесса на горошине.
Фима поставила в центре зала стул и скомандовала:
– Ну-ка! Все закрыли глаза! Зажмурились!
Все гости, включая и меня, послушно смежили веки.
– Отжмуривайтесь, – скомандовала ведущая.
– Это как? – спросил Алексей.
– Отжмурься, жених, – велела Фима.
Я открыла глаза и увидела, что все остальные поступили так же.
Ведущая захлопала в ладоши.
– Видите стульчик?
– Да, – ответил нестройный хор голосов.
– На нем платочек, он прикрывает сидушку, – затараторила Фима. – А зачем он ее прячет? Чтобы никто не увидел, сколько на сиденье горошин! Мне нужна юная красавица. Кто станет первой участницей конкурса?
– Я, я, я! – закричала Елизавета Максимовна. – Обожаю состязания!
– Лиза, – остановила подругу Анастасия Борисовна, – вызывали юную девушку.
– А я, по-твоему, кто? – вопросила Елизавета, которая, скорее всего, давно отметила семидесятилетие.
– После трех браков ты определенно уже не девушка, – захихикала подруга, – и не свежее яблочко.
– Печеное, на мой взгляд, вкуснее зеленого, – отбила атаку Фима, – и наша юность определяется не цифрой в паспорте, а задором души. Вероника Михайловна, дерзайте!
– Это кто? – удивилась Надежда. – Где вода? Пить хочется. Куда я дела бутылку? Я пью только определенную минералку.
Людмила встала, взяла бутылку, которая стояла на углу стола, налила из нее воду в стакан и подала матери. Я удивилась любезности дочери.
Фима потрясла планшеткой:
– Я предельно аккуратна с именами-отчествами гостей. Всегда перед глазами держу список. Вероника Михайловна – теща Сергея Владимировича.
– А он кто? – снова спросила мать невесты.
– Жених, – коротко ответила Фима.
– Я Алексей, – подсказал избранник Людмилы.
– Нет, – возразила Фима, – здесь указано: забрачевавшиеся Жанна и Сергей. Вероника теща мужика.
– Фима, – подала голос невеста, – вам опять дали не тот сценарий. Хорошо, что не похоронный. Я Людмила, мой жених Леша.
– Ну что за тупые лошади! – топнула ногой ведущая свадеб-похорон. – Выгоню всех!
– Меня зовут Настя, – представилась подруга Надежды Васильевны.
– Прекрасно, – обрадовалась Фима. – Настенька, садитесь на стул.
– Это не больно? – спросила гостья.
– Ни капельки! – заверила ведущая.
Анастасия со всего размаха плюхнулась на платок.
– Ой! Там камни!
– Грецкие орехи! – поправила Фима. – Но для нас с вами они как горошины.
– А почему нельзя было настоящие горошины положить? – поинтересовалась Елизавета.
Дверь открылась, в зал тихо вошла Катя и села около Марфы.
Фима не заметила появления девочки, она весело чирикала, не обратив внимания на вопрос дамы.
– Настенька, ваша задача сосчитать орехи!
– Но я на них сижу, – напомнила Анастасия Борисовна.
– Правильно. В этом весь смысл. Считайте.
– Как? – недоумевала дама. – Я не вижу орешки.
– Тазом их передвигайте, – велела Фима, – у нас же забавненький конкурс, а не урок математики. Ну!
– Тазом? – повторила подруга Надежды Васильевны. – У меня его нет!
– Он у всех есть, – отрезала ведущая.
– Верно, в ванной, – согласилась Анюта, – я купила себе красненький!
Фима весело рассмеялась:
– Ой, не могу! Красненький! Я не про такой таз, про другой!
– Эмалированный? – уточнила Анастасия.
– Нет, – еще сильнее развеселилась ведущая, – про тот, на котором вы сидите.
– Я не сажусь в таз, – хором заявили швея и подруга Надежды Васильевны.
В ту же секунду я увидела, что мать невесты залпом выпила стакан воды. Профессиональный визажист, наложив клиенту макияж, всегда потом наблюдает за его лицом. Вдруг тушь потекла, помада размазалась, румянец с одной щеки сполз… Я сейчас просто проверяла, надо ли подправить даме грим. И удивилась. За короткий срок Надежда словно постарела лет на десять. Под глазами у нее, несмотря на корректор, проступили синяки, лицо осунулось, над верхней губой появились мелкие капли пота. Я встревожилась, потом подумала, что в зале душно, из-за этого мать Людмилы не в лучшей форме.
– Таз здесь! – закричала Фима и похлопала себя по заднице.
– Как он туда попал? – задала гениальный вопрос Анастасия. – Его вообще не видно! Вы ловко спрятали тазик.
Ведущая подняла руки:
– Господи! Хочешь с людями по-интеллигентному, но не получается. Так! Говорю по-простому, не по-научному. Тазом задница в медицине называется. Орехи считайте попой.
– Это как? – опять спросила подруга Надежды.
– Елозите пятой точкой по сидушке и думаете, сколько под вами горошин, – растолковала Фима.
– Так там орехи или горох? – растерялась Анастасия Борисовна.
– Орехи – это горох, – не выдержала Елизавета, – тебе уже один раз объяснили.
– Орех не может стать горохом, – логично возразила Анастасия.
– Тетя Настя, сколько ты весишь? – спросила Людмила.
– Если до ужина, то сорок кило! – кокетливо пропела дама.
– Наверное, это вес одной ее ноги, – шепнула мне Анюта.
