– Командир! – позвал меня Гоша. – Я не понял! А ты куда? Я тебя одного не отпущу, как хочешь, и потом, где Алина?
– Ну, ты, блин, даёшь! – не выдержал я. – Я что, не могу с женой поездить по магазинам? Да и просто погулять?
– Командир, не обижайся! – улыбнулся Гоша, а Макс вообще отвернулся от меня, видимо смеялся. – Мне Борис приказал ни на шаг от вас не отходить, а так как он для меня непосредственный начальник, поэтому все вопросы к нему! Да и ходите вы по магазинам, или ещё где, нам-то какая разница! Просто мы будем поблизости и всё!
Я сначала побагровел от злости, но потом остыл и улыбнувшись, зная, что Гошу бесполезно переубеждать, сказал. – Ладно, чёрт с вами, но только на другой машине и чтобы под ногами не путались, а то испортите ей весь праздник!
– Ну, а здесь-то кто останется? – спросил я у них, устраиваясь на сидении машины.
– А здесь, в настоящий момент, мы не видим того, кого мы должны охранять! – ответил за Гошу Макс. – Вы уедете, а остальное нас меньше всего колышет, командир! Ты не обижайся, но это действительно так! Почему мы должны смотреть за ними? Что они дети?
Объяснять им что-то было бесполезно, поэтому я, посмотрев на них, сказал. – Ладно, берите машину и к моему дому!
Когда я поднялся в квартиру, Алина уже стояла одетая и обутая в сапоги, и подкрашивалась возле зеркала в прихожей. Из-под куртки виднелся край чёрного платья, она всегда старалась его одевать, чтобы мне было приятно. Да и вообще, она всё делала так, чтобы мне это нравилось и, что самое интересное, она, каким-то женским чутьём, понимала, что именно мне нравилось, и я был рад тому, что она у меня такая умница.
Из кухни выглянула Петровна и спросила. – Вас к обеду ждать? Или она тебя весь день будет таскать по магазинам?
Я развёл руки в стороны и, пожав плечами, только улыбнулся, показав головой в сторону Алины.
Она, чмокнув мать в щёчку, воскликнула. – Ма! Да какой обед? Я этого момента уже два месяца жду, но к ужину будем!
После этого она, схватив меня за рукав куртки, потащила из квартиры. Выйдя из подъезда, я увидел, что хлопцы уже стоят рядом, чуть в стороне, но виду не подал, чтобы Алина не поняла, что за нами длинный хвост.
Не успел я устроиться на своём месте, усадив сначала Алину, как ко мне подъехал Николай и, подойдя к машине, сказал. – Лёха! Ты просил узнать про Питерского, я узнал! Вот визитка его, там телефон! Мне сказали, что обладатель этой визитки может звонить ему в любое время!
– Спасибо, Коля! – сказал я и, искренне, пожал ему руку. – К вечеру буду, так что, если возникнут какие-то вопросы, то задержись!
– Знаешь, что сказали мне опера после твоей планёрки? – улыбнувшись, спросил он у меня.
– Ну и что же? – спросил я, посмотрев на него.
– Не дай Бог такого начальника! – ответил Николай и засмеялся. – Но потом добавили – круто!
– Вам бы только смеяться! – пробурчал я и, хлопнув его по руке, тронулся с места.
БМВ с моей охраной также, тихо, тронулась за нами.
– Ну что, милая! Куда катим? – спросил я Алину и положил свою руку ей на колено.
– Может на рынок, в Лужники? – как-то неуверенно спросила Алина. – А вообще мне без разницы, куда повезёшь, там и побегаю!
– На рынок я точно не поеду! – произнёс я категорически. – Я думаю, поедем по магазинам и, в первую очередь, посмотришь себе шубку, а то зима на пороге. Устраивает?
В итоге, за день, она вымотала меня до такой степени, что беготня за моджахедами, показалась мне детской забавой, но я терпел из последних сил, отдав себя в полное её распоряжение.
Купили ей шубку из голубой норки, чуть выше колен и такого же цвета шапку. Потом она подобрала себе примерно такого же цвета зимние сапоги на высоких каблуках. Низкий каблук она вообще не признавала. Уже в третьем магазине, взяла себе шикарный, белый костюм из плотной материи, но сверкающий на свету, с удлинённой юбкой, позади которой располагался высокий разрез. Кроме этого костюма, приобрела прекрасный брючный костюм, тоже из плотной ткани под кожу, типа плащевой, а потом ещё всякой всячины, типа ночнушек, лифчиков, колготок. В последнем магазине, на площади Ильича, она прикупила себе ещё с десяток разных юбок и брюк, кофточек и блузок, на что я уже вообще не обращал внимания. Взяла себе брючный, джинсовый костюм и ещё одну джинсовую юбку, но подлиннее чем та, которая у неё была. Купила и мне двое джинсовых брюк, одни чёрные, а другие синие, а также дорогой, итальянский костюм, стального цвета с блестящим оттенком, на что я выразил своё несогласие, но спорить с ней уже было бесполезно. Кроме этого я перемерил массу туфель, галстуков и сорочек, которые никогда не носил.
В общем, все эти покупки обошлось мне в двадцать пять тысяч долларов, но я был доволен тем, что она рада.
Уже перед выходом из магазина, в ювелирном отделе, я купил ей шикарный, золотой браслет, толстую, в полсантиметра, цепочку и большой крестик. А потом она подобрала себе серёжки и пару колечек с бриликами. Эти украшения мне обошлись ещё в пять тысяч долларов.
