Не отрывая взгляда от силуэта зверя, левой рукой упираю копье тыльным концом в землю, прижимаю левой стопой, а острием направляю в сторону хищника. Одновременно плавно и еле заметно кладу правую руку на рукоять пистолета с правого бока и моментально, одним слитным плавным движением его вытаскиваю. Палец застывает на спусковом крючке. Теперь я не безоружен, но стрелять буду, если он сделает еще хотя бы один шаг в мою сторону. Сам провоцировать на таком коротком расстоянии его не буду, может, разойдемся как-нибудь. Чувствую себя уверенно. Если не поможет копье с мощным листовидным наконечником, то уж пистолет или в самом крайнем случае острый необыкновенный меч завершит схватку. Надеюсь, я успею его выхватить.
Однако зверь ведет себя странно, необъяснимо. Замирает, больше не рычит, не приседает и не набрасывается на меня. Его коротковатый для такого туловища хвост, усыпанный острыми чешуйками, опускается вниз. Уши уже не прижаты, чешуйки по всему телу улеглись, исчезло свечение и вернулся обычный цвет. Сине-фиолетовые глаза с вертикальными зрачками пристально и изучающе смотрят мне в лицо. Теперь, когда он опустил чешую, то стал похож на что-то среднее между тигром и пантерой. Морда как у пантеры, но гораздо крупнее, огромные клыки тигра. Высота в холке не меньше, чем у лося, вытянутый корпус, лапы, собранные в кулак на удлиненных и мощных конечностях, сильно втянутый живот, подчеркивающий могучую грудную клетку, необыкновенно атлетическую фигуру зверя, его изящность и грациозность. При этом он весь покрыт остроконечной чешуей, похожей на хитин, в минуты опасности поднимающейся вверх, как у ежа, и делающей его недоступным для когтей и клыков противника. Этот зверь мощный и гибкий, легкий и быстрый в движениях. Наверняка и бегает отлично, и может ударом лапы завалить быка.
Услышав короткий призывный рев напарника, зверь вздрагивает, нетерпеливо коротко рычит, моментально разворачивается в двух шагах от меня, при этом чувствительно ударяя по моему бедру толстым хвостом, затем оглядывается и отходит к кустам. При этом разевает пасть и оглушительно ревет, но эти звуки уже более похожи на издаваемые оленем в брачном периоде. Как будто сообщает своему напарнику, что уже идет обратно. Фу, пронесло!
Когда я уже облегченно вытираю рукавом пот со лба, он опять возвращается. И так несколько раз, испытывая мои нервы на прочность. Что же ты, гад, делаешь, садист и провокатор! Ведь я сейчас не выдержу и просто начну в тебя стрелять. Последние уходы он не только оглушительно ревет, оглядываясь, но и вроде, как мне показалось, коротко мотает головой, как бы приглашая за собой. Что за чудеса в Болшево! Да нет, не показалось. Точно, мотает головой, зовет за собой.
С внезапно проснувшимся интересом делаю за ним несколько шагов. Увидев, что я иду за ним, хищник негромко, будто одобрительно, порыкивает и скрывается в зарослях. Попробую пойти за ним, а там посмотрим, что получится. Может, ему неудобно здесь на меня нападать, поэтому он зовет меня в свою столовую. Зачем тащить на себе, когда еда сама может двигаться к столу. Или на стол.
Продравшись через заросли, вижу, что зверь ждет меня на небольшой поляне. Здесь он разворачивается, через несколько шагов ускоряется и бежит трусцой, но все время контролирует мои движения и поторапливает, нетерпеливо порыкивая. Спешу за ним. Точно, он меня куда-то ведет и чего-то от меня хочет.
Пройдя насквозь небольшой участок леса, сразу выскакиваю за ним на заболоченную местность. Здесь открывается вид на большой пруд. Около самого берега редкие чахлые деревца березы и кустарника, далее пространство, заполненное темной водой, кое-где с кочками, местами покрытое травянистыми пятнами, а еще дальше, в центре, участок темной грязной поверхности. А я даже не подозревал, из-за окружающей густой растительности, что оно совсем рядом, хотя теперь отсюда явственно несет тухлым запашком.
Зверь снова нетерпеливо рычит, отходит от меня влево и оглушительно ревет. Контролируя его боковым зрением, вижу прямо перед собой, метрах в пяти-шести от края, в нехорошем водном оконце полыньи с ряской и черной грязью торчит голова еще одного зверя. Интересно, как он туда попал и что там делает, неужели тонет? Тот уже еле рычит и временами даже взвизгивает, как щенок, заставляя этим переживать и рычать своего друга. Искренне сочувствую. Завизжишь тут, когда через минуты две-три тебя окончательно засосет в болото. Невдалеке проплывает пара змей. На ужей точно не похожи. Наверняка они ядовиты. Смотрят, кого к ним в болото принесло.
Так вот куда меня тащил такой сообразительный зверь! А ведь он на меня как будто рассчитывает, просит помощи. Такую смекалку, смелость и трогательную заботу о близком, пускай и звере, никак обмануть нельзя. Более того, постараюсь приложить все свои силы, чтобы помочь. М-да, а что же делать дальше и как тут помочь? Каната толстого или очень длинной прочной слеги со мной нет. А может, срубить ближайшее дерево? Точно, так и сделаю!
