– Здравия желаю, товарищ полковник! – широко улыбнулся старший эксперт. – Давно не работали с вами.
– Здорово, Мельников! Что есть по существу?
– По существу, Лев Иванович, нас кто-то очень не уважает. Сплошное очковтирательство, полная имитация, дешевая подделка. И они даже не потрудились создать видимость реальной аварии. Непонятно.
– С этим потом, давай факты, – перебил эксперта Гуров.
– Факты говорят о следующем. На обочину свернула грузовая машина типа самосвала. Кузов имеет гидравлический привод опрокидывания его назад и вбок. В данном случае кузов опрокидывался вбок. Направление движения машины можно легко определить по следам протектора на рыхлом грунте и вырванной траве. Вот смотрите здесь, Лев Иванович.
– Ну-ну, – покивал сыщик. – Давай дальше.
– А дальше… – Эксперт достал из чемоданчика папку, лист бумаги и стал авторучкой быстро набрасывать схему. – Смотрите, вот угол. Прямой. Один катет – высота от земли до плоскости кузова, второй катет – расстояние от полоски мусора, как проекции края кузова на землю, до проекции вверх вон того большого повреждения грунта и травяного покрова в кювете. Видите, вон то, продолговатое.
– Так! И что? – с интересом посмотрел на схему Гуров.
– А дальше элементарный расчет из области почти школьной физики. Зная массу тела, в данном случае массу автомобиля «Ауди», можно легко подсчитать, на сколько далеко от борта машины упадет тело.
– А вон те пятна на земле и осколки – это следы вытекавших из машины жидкостей?
– Уверен, что так и есть. Мы возьмем образцы, но, кажется, все и так вполне очевидно. Нет следов аварии, зато есть следы сваливания машины в кювет.
– Действительно, Лева, – покачал головой Крячко, – что за дешевая подделка? Попытка понасмехаться над нами? Что-то тут не так. Что-то за этим есть.
– Да, – согласился Гуров. – Закона причинно-следственной связи в природе еще никто не отменял. Пошли, узнаем, что там медик скажет о теле.
Когда сыщики подошли, тело погибшего водителя изуродованной «Ауди» уже вытащили и положили на землю на пластиковый мешок. Лицо было разбито, практически размозжено в результате сильного удара. Гуров сразу отметил это и понял, что опознание по лицу невозможно. Совпадение? Эксперт, предупрежденная о том, что на месте происшествия присутствуют двое офицеров из центрального аппарата МВД, курирующего это дело, поднялась с корточек и заговорила:
– Удар был очень сильный, товарищ полковник. Множественное повреждение хрящевых и даже местами костной тканей лицевой части головы. Смерть наступила мгновенно.
– Я не вижу, чтобы сработала подушка безопасности, – кивнул на кабину разбитой машины Гуров. – У таких моделей даже в базовой комплектации как минимум водительская подушка должна быть.
– Ее там нет, – сказал один из офицеров ДПС. – Видимо, она когда-то уже срабатывала и на место использованной не установили новый блок.
– Или вытащили неиспользованный, – тихо произнес из-за спины Крячко.
– Скажите, а эти повреждения соответствуют удару о рулевую колонку или лобовое стекло? – поинтересовался Лев.
– В том-то и дело, – ответила эксперт, – что удара о лобовое стекло не было, как и удара о руль. Я тщательно осмотрела покрытие рулевого колеса и ничего на нем не нашла, кроме крови. Его просто измазали кровью. И на руле кровь не этого человека. Мне кажется, что он погиб не в этой машине и не здесь. С того момента, когда нашли машину, прошло полтора часа, ну пусть она еще час здесь пролежала. А смерть этого человека наступила примерно пять-шесть часов назад. Кровь погибшего уже свернулась, а на руле кровь более свежая.
– Может, и не человеческая даже, – снова подсказал сзади Крячко.
– Хорошо, готовьте ваше заключение и срочно отправляйте в Главное управление уголовного розыска на имя генерала Орлова. И пусть снимут отпечатки пальцев. Что-нибудь в карманах погибшего есть?
– Странно, товарищ полковник, но у него в карманах нет вообще ничего. Пусто. Даже нет сигарет, зажигалки, пресловутого носового платка или какой-то мелочи в виде медяков. Вообще ничего.
Гуров повернулся к Крячко. Напарники посмотрели друг другу в глаза и двинулись к машине Станислава. Когда они отошли за ограждающую ленту, Гуров спросил:
– Ну, ты теперь понял, в чем спектакль?
– Я уверен, что это не Макаров. Если кто-то хотел его убить и спрятать тело, то они не ограничились бы тем, что изуродовали его лицо. Они бы, естественно, постарались понадежнее спрятать и само тело. А его нам чуть ли не на подносе подсовывают. Нате, смотрите, вот вам попытка выдать кого-то за Макарова.
– Вообще-то, Станислав, я вижу тут два варианта. Либо нам пытаются сказать, что Макаров умер и не стоит его искать. Либо – смотрите, он жив, а это просто намек, что не ищите его. Вопрос, зачем нам от них такая информация?
– А если это он сам занялся инсценировкой собственной смерти? Может, его так зажали с криминалом, что он пошел ва-банк.
– Глупо как-то, Станислав, не находишь? Нелепая инсценировка.
– Абсолютно нелепая, – согласился Крячко. – Надо все бросать и искать настоящего Макарова.
