Но Макаров, если номер принадлежит ему и если данный телефон у него с собой, мог просто не ответить, испугаться. Что-то подсказывало Гурову, что Вячеслав Макаров прячется, что он чего-то или кого-то опасается. Его фотографии, данные его паспорта и банковских карточек были разосланы. Стоило ему появиться в аэропорту, на вокзале, попытаться снять с карточки деньги через терминал, сигнал сразу бы поступил в МВД. Хотя надо было иметь в виду и то, что Макарова могло уже и не быть в живых.
Телефон завибрировал и стал мелодично позвякивать на полочке у изголовья. Гуров, не открывая глаз, нашарил его. На часах было без десяти четыре часа утра. Маша что-то беззлобно во сне прошептала и повернулась на другой бок. На экране высветился номер дежурного МВД.
– Да, слушаю, – отозвался Лев, шлепая босыми ногами по полу и выходя на кухню.
– Товарищ полковник, прошу прощения. Номер Макарова работал четыре минуты. Это за МКАДом, район Расторгуево. Группа, патрулирующая юго-восточную часть города, направлена туда. Это старший лейтенант Мартынов из МУРа и с ним двое бойцов из ОМОНа.
– Понял, молодцы… – похвалил Гуров, прикидывая расстояние от своего дома.
– Крячко уже выехал за вами, товарищ полковник.
– Два раза молодцы! Я одеваюсь и жду его внизу.
А вот это уже кое-что, думал он, лихорадочно ища в выдвижном ящике чистые носки. Обидно будет, если это не Макаров. Мало ли что, могли телефон украсть, он мог его потерять, и теперь кто-то пользуется. Это вообще мог быть номер не Макарова. Но ехать в любом случае надо. Нельзя упускать такой шанс. Вот и конец ниточки показался. Осторожно надо, не оборвать, не упустить.
Крячко уже ждал, когда Лев спустился к подъезду. Пожав напарнику руку, он начал рассказывать, выводя машину на проспект. Гуров слушал, посматривая на часы. Складывалась следующая картина. Сигнал работающего телефона зафиксировали в Восточном Бирюлеве. Сигнал двигался в сторону МКАД и остановился в поселке Расторгуево. Потом он исчез. Дежурный позвонил сразу, как только появился сигнал у технарей на экране. С момента его исчезновения прошло пятнадцать минут.
Взяв у Крячко рацию, Гуров вызвал оперативника, который сейчас с омоновцами двигался в сторону Расторгуева.
– Мартынов! Это полковник Гуров. Где находитесь?
– Проехали Герценский парк, пересекаем МКАД, съезжаем на трассу М4.
– Будьте на связи, ждите нас. К дому, в районе которого исчез сигнал, не приближаться, себя не обнаруживать. Только наблюдать. Как поняли?
– Понял, товарищ полковник. К дому не приближаться, ждать вас и наблюдать.
Через несколько минут Крячко выехал на эстакаду. На платном участке М4 было свободнее, чем на городском проспекте, и он снова увеличил скорость. В стороне осталось Булатниково, потом появился указатель поворота на Видное.
– Вон они, – показал Станислав вперед, где под деревьями стоял черный неприметный «Опель».
– Мартынов, какой дом? – спросил Гуров по рации.
– Вон тот коттедж, с коричневой черепицей. Никакого движения не наблюдается.
В окнах света не было, но за высоким забором не просматривались окна первого этажа. Откуда-то справа вдруг появился мужчина в кожаной куртке и сдвинутой на затылок кепке. Он подошел к железной двери возле ворот, поискал глазами кнопку звонка и стал нажимать на нее. Гуров приказал всем приготовиться и ждать его приказа.
Мужчина постоял немного, нервно переступая ногами и опустив голову, потом прислушался и снова принялся давить на кнопку звонка.
– Товарищ полковник, а если это Макаров? – прошелестел в рации голос старшего лейтенанта.
– Мартынов, вы ориентировку на Макарова читали? – строго спросил Гуров, не сводя глаз со странного мужчины.
– Так точно, – виновато отозвался оперативник и замолчал.
Гуров и сам несколько раз примерил к незнакомцу описание Макарова. Нет, этот и близко не подходил к его образу. Даже если бы Макаров и старался походить на простого мужика-работягу, он не смог бы стать ниже ростом, не смог бы сделать себе худое лицо со впалыми щеками и чуть кривоватые ноги. Судя по фотографиям, которые попали к оперативникам, судя по описаниям, Макаров был человеком статным, высоким, солидным, с некоторым налетом сибаритства. Да и актер из него не ахти какой, как стало известно.
Мужчина отошел от ворот, приподнялся на цыпочках, пытаясь заглянуть во двор коттеджа, потом чертыхнулся, сплюнул и побрел куда-то вправо, откуда и появился.
– А давай-ка за ним, Станислав, – тронул Крячко за рукав Лев. – Только на малых оборотах.
Крячко завел двигатель машины и плавно покатился в ту сторону, где скрылся мужчина. Гуров еще раз передал Мартынову с его омоновцами, чтобы находились в машине и внимательно наблюдали за домом и улицей. Сплошная стена кустарника закончилась, и вот за деревьями в соседнем переулке показалась серая машина. На крыше красовался желтый плафон с шашечками, капот был поднят.
– Что-то не похоже, что он ждет пассажира, – заметил Крячко, быстро осматриваясь по сторонам. – Может, Макаров на нем приехал и не заплатил, а?
