Я безразлично пожимаю плечами и снимаю с себя майку, отбрасывая ее куда-то в сторону. Больше десяти пар глаз тут же приковываются к моей груди.
– У тебя татуировка? – Удивленно восклицает Егор.
– Как видишь.
Мне кажется, он хочет спросить что-то еще, но его отвлекает блондинка, начав что-то нашёптывать на ухо. Я разворачиваюсь по направлению к гамаку и невольно бросаю взгляд на Максима. Он сильно напрягся, сцепил челюсть и, кажется, не дышит. Он смотрит то мне в глаза, то на грудь. Хотя, думаю, не на грудь, а на область сердца. Потом он резко отворачивается, и я замечаю, как Максим сжимает кулаки. У него снова дежавю?
Я все-таки спешу улечься на гамак, как меня останавливают.
– Кристина, теперь ты должна что-нибудь кому-нибудь загадать.
Черт, точно. Что и у кого спросить? У Максима при всех не хочу, у Олейниковой тем более.
– Егор, правда или действие?
– Правда, – с вызовом отвечает мне.
Я немного медлю, а потом все же решаю задать интересующий меня вопрос.
– Ты бы смог простить другу предательство?
Улыбку с лица Кузнецова, как рукой сняло. Он нервно сглотнул, а я мысленно захлопала в ладоши.
– Смотря какое предательство, – начал, смотря мне ровно в глаза. – Если оно касается девушки, то да.
– Почему?
– А это уже второй вопрос, Кристина.
Я хмыкнула и наконец-то пошла к гамаку. Напоследок я заметила, что его силиконовая кукла недовольно поджала губы.
Они продолжили играть в эту игру, кто-то даже что-то спрашивал у Максима и Олейниковой, но я уже не слушала их. Неожиданно мне на телефон упало сообщение от Ильи.
«Привет! Я сейчас недалеко от Золотого ручья. Ты дома?»
«Да»
«Заеду в гости?»
«ДА!!!!!!»
«Ок, скажи точный адрес»
«Вишневая 17. За 5 минут до того, как будешь подъезжать, набери»
«Ок»
Какое счастье! Наконец-то у меня появится повод свалить с этого чужого праздника жизни. И я действительно давно не виделась с Ильей. Ну как давно. Чуть больше месяца, с тех пор, как он приезжал ко мне в Америку и в очередной раз меня спасал.
Я невольно задумалась о Бостоне и стала вспоминать свою жизнь там. Друзья вовсю мне пишут в мессенджерах, но из-за работы совсем нет времени отвечать. Не знаю, сколько я так пролежала, как вдруг у меня зазвонил телефон.
– Я возле твоего дома уже, – начал Илья.
– Паркуйся у ворот и заходи. Калитка открыта. Я в саду за домом, увидишь.
Я нажала отбой звонка и неожиданно осознала, что до сих пор лежу в лифчике.
Черт!
Моментально подскакиваю и возвращаюсь ко всем присутствующим, которые продолжают играть.
– Ко мне приехал друг, так что вынуждена вас покинуть, – громко им объявила и стала оглядываться в поисках своей футболки. – А где моя майка? Никто не видел?
– Вон она, – указала мне какая-то девушка на деревянное ограждение беседки. Это я ее туда швырнула?
Срываюсь со своего места и судорожно пытаюсь вывернуть ее с изнанки, как назло она выпадает у меня из рук.
– Блин! – Восклицаю и поднимаю ее с земли.
Кажется, на меня сейчас все смотрят. Но я не успеваю надеть на себя футболку, потому что уже слышу из-за спины крик Ильи:
– Красотка!
– Черт! – говорю вслух и оборачиваюсь к нему.
Токарев быстрым шагом и с широченной улыбкой направляется ко мне. За несколько секунд преодолевает оставшееся между нами расстояние и заключает меня в крепкие объятия, поднимая с земли.
– Привет, Крисси, – и целует меня в щеку.
– Привет, Илюш, – целую его в ответ.
В этот момент он от меня отстраняется, кидает взгляд на мою грудь и со смешком выдаёт:
– Это ты меня так встречаешь?
– Не дождёшься! – Бью его кулаком в плечо и натягиваю майку.
– Да ладно тебе, Крисси, а то я тебя в лифчике никогда не видел.
Я закатываю глаза.
Он осматривается вокруг с немым вопросом. Сцену нашей встречи сейчас все очень внимательно наблюдают. Максим сверлит Илью взглядом, Егор почему-то тоже.
– Ребят, это мой ближайший друг Илья. Мы с ним вместе учились в Гарварде.
Я вижу, что ему польстило словосочетание «ближайший друг». Хоть мы с ним и условились давно, что мы не друзья, потому что все-таки конкуренты, но я знаю, что на самом деле ему очень нравится, когда я его так представляю.
– Привет, – ответили ему все в один голос.
Токарев по-хозяйски обнял меня за плечи.
– Я тот, кто знает про Крисси абсолютно все. Каждый ее грязный секретик!
– Замолчи! – Смеюсь и толкаю его в бок. – Ладно, пошли в дом, – я разворачиваюсь и тяну его за руку.
– Эй-эй, подожди. А что у тебя тут за тусовка?
– Это не моя тусовка, Илья. Пошли, – и снова тяну его.
– А чья?
– Моя, – подаёт голос Максим и подходит к нам с Ильей, – меня зовут Максим, – и он протягивает Илье руку.
Токарев замирает. Я вижу, что он узнал Максима. Я не рассказывала до сих пор Илье про то, что на самом деле с ним случилось. Абсолютно не было времени. Я знаю, что он хотел спросить меня про него, когда звонил мне во время нашей поездки с Максимом в машине, но я сказала ему код «омела». Илья знает, что Максим – это абсолютно запретная для меня тема при любых чужих людях. За восемь лет моей жизни в Гарварде ни один друг, ни одна подруга больше не узнали о моей истории.
