– Мама дома, она заболела, – сказала Настенька. – Дядя Федя, папа не разрешает на лошадках, скажи ему! Папа, подержи! – Она протянула отцу стаканчик. Герман тоже сунул свой отцу.
– Пошли кататься! – Мария взяла детишек за руки и запоздало спросила у Савелия: – Можно?
Тот посмотрел на Федора и неуверенно кивнул.
– Ура! – завопил Герман. – Кататься на лошадках!
Федор и Савелий смотрели им вслед.
– Кто такая? – спросил Савелий. – Интересная девушка. Студентка?
– Танцовщица из Лондона.
– Танцовщица? – не поверил тот. – Из Лондона? У нас? На гастролях? Откуда ты ее знаешь?
– Случайно познакомились. Что с Зосей?
– Простыла. А как она попала сюда? Из наших?
– Родители из наших, а она родилась в Англии. Здесь с другом, он местный.
– Жених?
Федор не ответил. Они наблюдали, как Настя и Герман в полнейшем восторге ехали верхом на пони, а Мария шла рядом и что-то им говорила.
– Она любит детей, – заметил Савелий. – А где ее жених?
– Не знаю, Савелий. Я с ним незнаком.
– Хорошая девушка, симпатичная. Вы хорошо смотритесь. Ты думаешь, у них серьезно?
– Савелий, я знаю ее со вчерашнего вечера! Через пару дней она уедет…
– Уедет? Она так сказала?
– Она не сказала, Савелий. Она ничего о себе не говорит, о нем тоже, и вообще мы больше про погоду. Смотри, сколько снега!
– Федя, не сердись, – примирительно сказал Савелий. – Просто я подумал, что она… что вы вместе…
Идея фикс всех друзей Федора – поскорей его женить. «Да что ж у вас всех руки чешутся пристроить меня в дело», – пенял друзьям Федор. Один капитан Астахов понимал его и призывал не спешить. А Савелий предлагал познакомить с подружками Зоси…
– Жених… – пробормотал Савелий. – Вот если бы муж, тогда серьезно. Она так на тебя смотрит… сразу видно, ты ей нравишься. И детей любит.
– Савелий, прекрати. Мы собирались в парк, хотите с нами?
– Ну… – на миг задумался он. – Можно. Пушки в снегу, река замерзла… Обидно, если растает до Нового года. Только они же полезут в сугроб, – добавил он неуверенно.
– Не пустим! Согласен?
– Федя, удивительно, что она танцовщица…
– Почему? Какая разница?
– Ну как же! Твои девушки все образованные, интеллектуалки…
– Савелий, Мария не моя девушка, я уже сказал.
– Ну да, ну да…
– Кстати, она читает Монтеня.
– Монтеня? Она?
– Да что ты заладил… – с досадой сказал Федор. – Она.
– Федя, ты только не обижайся, видно, что она славная… а только о чем с ней говорить? Она же…
– Не моего поля ягода? А может, мне надоели ягоды моего поля! – резко произнес Федор.
Савелий испугался:
– Федя, я не хотел… извини! Я дурак.
– Это ты меня извини, – спохватился Федор. – Она чужая, Савелий, сегодня здесь, завтра… там. – И добавил зачем-то: – Она не все понимает, ей нужно объяснять многие вещи. У нее другая языковая среда, другое восприятие…
– Другая ментальность, – покивал Савелий. – Они другие…
– Ну вот видишь, ты сам все прекрасно понимаешь.
Мария привела радостных детишек.
– Папа, я катался на пони! Его зовут Пелсик! – закричал Герман.
– Персик! – поправила Настенька. – А моего зовут Звездочка, она девочка!
– А мы идем в парк с пушками, – сказал Федор. – Кто с нами?
– Только в сугробы не лезть, – строго сказал Савелий.
…Мария вела детей за руки, они показывали ей дорогу в парк; Федор и Савелий держались сзади. В руках Савелий держал стаканчики с какао, о котором все забыли.
– Они прекрасно смотрятся, – время от времени повторял Савелий. – Федя, она хочет своих детей, посмотри, как они в нее вцепились – дети чувствуют хорошего человека. Интересная девушка! А то, что жених… сам понимаешь. Кто он против тебя! Она какая-то нездешняя. Как из сказки, царевна-лягушка… в смысле, потом уже. Знаешь, я читал в одной книге: герои встретились всего один раз и не могли забыть, а у них кто-то был, они с ними расстались и через несколько лет все равно…
– Савелий, посмотри, какой снег, – взывал Федор, чувствуя, что их диалог напоминает дуэт скрипки и барабана. – Мы собирались на Магистерское, самое время, можно встретить там Новый год, представляешь, заснеженное поле, черный лес на горизонте, заячьи следы…
– А как же Зося? – отвечал Савелий.
– Она тебя отпустит, твоя Зося замечательный человек. А капитан обрадуется и с удовольствием сбежит от Иркиной оравы. Представляешь, на лыжах до леса и обратно, потом костерок, запечь картошку и мясо в фольге… И звезды!
– Ну не знаю… – бормотал Савелий.
– Может, это последняя зима в нашей жизни, – соблазнял Федор.
– В каком смысле? – пугался Савелий.
– В смысле снега! А воздух! Невозможно надышаться…
– А если с девушками?
– С девушками? – удивился Федор. – С какими девушками?
– С Зосей и Ирочкой! Можно пригласить Марию… не хочешь?
