– Никоненко сказал, что Котляр не попытался с ним встретиться, выразил соболезнования по телефону.
– Ну и что? Да Котляру глаза некуда прятать! Спать с невестой друга… сволочь! Скользкая сволочь! Мажор, которому все можно. А твоя балерина… Интересно, она в курсе, не спрашивал? Или ей тоже пофиг?
– Помнишь то старое убийство в парке? – Федор проигнорировал вопрос капитана. – Была задушена женщина, никого не нашли…
– В маньяков не верю, – твердо произнес капитан. – Кто-то из своих, я же говорил. Компания еще та подобралась, пьянь, забулдыги…
– Можешь достать материалы следствия? Хочу посмотреть.
– Достану. Смотри, если делать нечего. И не спрашивай меня, связаны или не связаны. Хрен его знает! Одно могу сказать точно: Кусковой повезло. Если выкарабкается, конечно. Кулик тоже.
Светлана Кулик почувствовала себя лучше, и капитан Астахов снова с ней поговорил, но ничего интересного не узнал. Она была на работе до девяти, потом решила пройтись, потому что голова гудела; шел снег, горели фонари, гуляли люди. Пошла на площадь, посмотрела на елку, выпила какао. До ее дома минут сорок, она устала, была голодная, зашла в супермаркет по соседству, купила молоко, хлеб, колбасу и картофельные чипсы, подошла к дому, тихо, никого не было… кажется, не было, она вошла в подъезд и… Больше ничего не помнит. Врагов у нее нет, соседи хорошие люди, они не могли… да и за что? Не за что. И грабить они не будут, даже смешно. На осторожные расспросы капитана про видеозапись и про то, что она, возможно, кого-то узнала… Девушка смотрела на него с недоумением, морщилась и все время трогала перебинтованную голову; капитан только крякал мысленно: она или не хотела признаватьс, или действительно никого не узнала. В смысле, убийцу, переспрашивала она, на видеозаписи?
В ее кошельке были деньги, но мало, она почти все потратила на продукты; айфон дорогой, жалко, конечно, но он был не очень новый, бог с ним. А вот старинную подвеску жалко, подарок тети, маминой сестры. Она даже заплакала, сказала, что никого больше у нее нет. Была подруга Лена, а теперь и той…
Капитан, кляня себя за мягкотелость, позвонил Николаю Штерну и попросил присмотреть за Кулик, а то всякое может случиться, и принести чего-нибудь перекусить. Парень с минуту соображал, потом пообещал, что самолично приедет в больницу с продуктами и присмотрит…
Действующая сложная система неизменно образуется из действующей простой системы.
Сложные системы приводят к неожиданным последствиям.
Ищи, кому выгодно. Кому выгодна смерть Елены Антошко? Раисе Кусковой –
Кому-то, кого мы не знаем.
Максиму Кускову смерть Елены не выгодна – на основании того, что нам известно об их отношениях. Кусков был влюблен и собирался разводиться. Алиби есть. Секретарша Настя подтвердила, что шеф пришел около десяти утра и в четыре, когда она уходила, сидел у себя в кабинете. Она заглянула к нему и сказала, что уйдет пораньше. На видеозаписи из кинотеатра его нет. Хотя там в основном спины… Сеанс начинается в четыре двадцать, в четыре он в кабинете.
Николай Штерн? Автомеханик был не против возобновить отношения с Антошко, но не согласился на «схему» с разводом Кускова. Или на то, что жертва собиралась спать с обоими. Алиби – чинил крышу бабушке в Бобрах. Стажер проверил, действительно чинил, а еще почистил сарай с козой Ляпой.
Федор взял чистый лист, вывел: «Из законов теории сыска» и задумался. Затем резво набросал следующие строки:
1. Любое алиби можно подвесить.
2. Любой свидетель может ошибаться, или его не так поняли.
3. Число разумных гипотез, объясняющих любое данное явление, бесконечно. Причем почти каждую можно доказать при наличии свидетеля, который…
4. Если хорошо поискать, то мотив найдется.
5. Многие преступления можно раскрыть, сидя в кабинете – т. е. умозрительно, а также гипотетически.
Раздвигаем рамки вышесказанного.
