Хищник полностью

В этой вселенной, вспомнила Дарья, существуют не только вольные торговцы. Эфирными кораблями располагают и некоторые цивилизации, которые кровно заинтересованы в сохранении статус-кво, поскольку нарушение сложившегося миропорядка грозит войной. А войны — вернее, такой войны, — не хочет никто. Последнюю забыть, еще не успели.

— А что же «та сторона»? — спросила, наконец, о том, о чем и предполагала говорить.

— Целая вселенная! — сразу же ответил Кормчий. — Представляете себе, Дарья Дмитриевна? Такая же, как наша. И обитаемых миров много больше. То есть, и у нас их, наверное, великое множество, но иди их найди для начала. А там все уже разведано! Империи, блин! И какие империи, княгиня! Сказка, песня! И пространственно-временной континуум, ну прямо, как у нас. Непрерывность и многообразие! Вы ведь с моделью Лоренца знакомы, или как?

— Или как, — призналась Дарья, — даже не слышала.

— И о пространстве Минковского не слышали?

— Очень смутно, — развела руками Дарья.

— В принципе, простительно, — вздохнул Егор Кузьмич. — Объяснишь ей как-нибудь на досуге? — посмотрел он на Марка.

— Объясню, — кивнул тот. — Но мы ведь не о математической физике говорим! Целая вселенная, Дари! Богатая, фантастически разнообразная, интересная до безумия, но для нас по многим обстоятельствам закрытая и запретная. Мы туда сами пройти не можем, да и опасно там для нас, вот в чем дело.

— Однако? — подсказала Дарья.

— Есть проводники и туда, — снова заговорил Кормчий. — Они же и безопасность обеспечивают. Не абсолютную, увы, но вполне приемлемую при прочих равных условиях. Но, во-первых, в этом случае выбираем не мы, а нас. Нас фрахтуют и проводят туда, куда им надо. А во-вторых, мы не знаем, кто эти «они» такие. Знаем только посредника, а тот уже дает нам проводника-лоцмана, заодно являющегося офицером связи между нами и ними. Как вам, княгиня, такой расклад?

— Выглядит мрачно, — согласилась Дарья.

— Не то слово! — поддержал ее Егор Кузьмич. — Феликс, тащи еще граппы! Не возражаете, Дарья Дмитриевна?

— Не возражаю… Лучезарная… Она?..

— Точно! — Кормчий хотел было пыхнуть трубкой, но выяснилось, что она давно погасла. — Вот черт! Марк, у тебя?..

— Сигару, вашество? — возник рядом с ним Феликс.

— Да, давай, мил человек! — кивнул Кормчий. — Такую вот, как у Марка!

— Уже! — И расторопный Феликс вручил Кормчему алюминиевую тубу с сигарой.

— Но вы там уже бывали? — к удивлению Дарьи странный «кофе» действительно сжег весь алкоголь. Голова была ясная, да и «страсти», как и обещал Марк, улеглись.

— Буквально пару раз. — По-видимости Егор Кузьмич был занят сигарой, но Дарье показалось, что это не так. Занимала Кормчего «та сторона».

— Негативный опыт?

— Да, пожалуй, — Егор Кузьмич все еще копался с сигарой и на Дарью даже не взглянул.

— Тогда, что вы хотели обсуждать?

— Видите ли, княгиня, — он все-таки поднял взгляд, — есть предложения, от которых невозможно отказаться.

— Все так плохо? — нахмурилась Дарья, начиная припоминать еще один отрывок «надиктованного» ей «камнем» текста.

— Не смертельно, — прервал свое затянувшееся молчание Марк. — Можем и отказать.

«Вот даже как!»

Дарья вдруг поняла, что в вопросах, связанных с «той стороной», Кормчий советуется с одним только Марком. Не с Вателем или Сабиной Боскан, даже не с Карлом Мором или Гретой Ворм, которые, как начинала осознавать Дарья, являлись личинами все того же Марка. О, да, они тут все равны, разумеется, как и положено коммунарам в коммуне, но этот фрахт Егор Кузьмич и Марк обсуждают строго между собой. Да, вот Дарью еще отчего-то не выгнали, а напротив, просвещают, словно бы и от нее ждут помощи в разрешении конфликта. А то, что конфликт существует, и к гадалке не ходи. Дарья это твердо знала, хотя и не понимала, откуда. Почувствовала, вдохнув с воздухом. Прочла в неслышных шепотках подсознания. Увидела между слов и взглядов. Где-то так, но знала: Марк — против посещения «той стороны», тогда как Кормчий — пока окончательно не решил, хотя и склоняется все-таки к положительному ответу.

— Можем и отказать, — согласился Кормчий. — Проблема в том, что это будет третий раз подряд, а фрахт, как назло, срочный.

«Вот оно!»

— Как вы сказали? — подалась она вперед. — Срочный фрахт?

— Да, а что?

— Я уже слышала это словосочетание, — сказала Дарья, вставая. — Решать вам, господа, но «камень» нам отказываться не рекомендовал.

— Значит, прощай гулянка?

Не то, чтобы так уж хотелось. Ее все еще смущало предложение Егора Кузьмича появиться на вечеринке в бриллиантах на голое тело. Но теперь, когда Дарье предстояла встреча с Лучезарной, новогодний бал, даже если, и в самом деле, пойти туда нагишом, представлялся злом гораздо меньшего масштаба.