Отпустив тело врага и позволив ему упасть, Небраска Джон вернулся к Поупу, замершему на месте с разинутым ртом. Миг – и губы лейтенанта растянулись в широкой улыбке.
– Ты справился! Ты победил!
– Ага. Но ребятам-то не удалось. А теперь еще и вам умирать.
Поуп стер с лица улыбку.
– Я умирать не собираюсь. У Господа еще кое-что осталось для меня в запасе – не зря же меня зовут Провиденс Поуп.
С этими словами лейтенант схватил томагавк и направился к центру, оглядываясь по сторонам на ходу. Все вокруг смотрели на него во все глаза, будто на какое-то редкое насекомое. Он покачал головой.
– Этот хренов Сандерсон со своими картами… Послушайся он меня, мы уже были бы на границе. Ребята тайком разжились бы текилой, а сам я смог бы наконец выспаться по-человечески…
Он взглянул на своего противника. Тот, как и первые два, был вооружен двумя парами железных когтей, и это означало ближний бой. На это-то лейтенант и рассчитывал – и от души надеялся, что его план сработает.
Он вскинул вверх томагавк, оценил его баланс, принял низкую стойку и медленно двинулся вперед… но вдруг оцепенел от удивления. Яутжа поднял руку, и один из железных когтей, сорвавшись с его запястья, полетел в сторону лейтенанта. Поуп попытался уклониться, но лезвие угодило в левое плечо, в каких-то дюймах от сердца. Не бросься он в сторону – уже лежал бы замертво рядом с Моутсом и Конроем. Скорчившись от невыносимой боли, лейтенант упал на колено.
– Вставайте, са-ар!
Голос Небраски Джона помог опомниться, и Поуп встал.
Противник уверенно шагнул к нему.
Поуп взмахнул томагавком, одним слитным движением выписав в воздухе две восьмерки – справа налево и снизу вверх.
Яутжа уклонился от удара и кинулся на лейтенанта, ударив в ответ единственным когтем, оставшимся на правом запястье.
Поуп отразил удар томагавком и тут же понял, как жестоко ошибся.
Коготь яутжа зацепил томагавк и вырвал его из пальцев Поупа. Обезоруженный, лейтенант на мгновение замер с вытянутой рукой.
Перед глазами возник необычайно яркий образ – образ той девушки из долины Гудзона, чьи волосы пахли апельсином и сиренью. Вот так же вытянув руку, она махала ему с перрона три года назад, а он махал ей в ответ из вагонного окна, уезжая драться с индейцами. Ее звали Шарлоттой, и он любил ее сильнее всего на свете.
Миг – и лейтенант вновь вернулся в реальный мир.
– Шарлотта, – прошептал он.
Коготь противника вновь метнулся вперед.
Поуп нырнул под удар, оказавшись за спиной яутжа, сорвал с его пояса диковинный стреляющий сетью пистолет, поднял ствол на уровень головы и нажал на спуск. Сеть, развернувшись в воздухе, отбросила воина назад, опутала, впилась в кожу. Тот рухнул на спину, рванул сеть правой рукой, а левую вскинул вверх и выстрелил в Поупа обоими когтями. Поуп бросился на землю, пропустив лезвия над собой, и упал на колени рядом с врагом. Едва не лишившись чувств от боли, он вырвал засевший в плече железный коготь, повернул клинок острием вперед, вонзил его в глаз яутжа… и осел на землю рядом с поверженным врагом.
Несколько секунд спустя его подняли на ноги. Открыв глаза, лейтенант увидел прямо перед собой сияющее от счастья лицо Небраски Джона.
– Вы справились, са-ар! Вы победили!
Торжествовать победу мешала невероятная боль.
– Я же сказал, что сегодня умирать не собираюсь, – только и смог выговорить он.
Небраска Джон отнес Поупа к лошадям и занялся его раной. Едва он засыпал рану магнезией и наложил бинты, к ним подошел огромный яутжа. Небраска Джон поднялся и долго говорил с ним о чем-то, но их разговора Поуп не слышал.
Позже, ведя за собой в поводу двух лошадей с телами Конроя и Моутса, Поуп думал о том, что рассказал на прощание Небраска Джон.
– Как бы я ни ненавидел этих воинов, они достойны уважения. Они пригласили меня присоединиться к ним. Сказали, что хотят у меня поучиться. Я стар, са-ар. Я сделал для Солдат Буффало все, что мог, и теперь, пожалуй, соглашусь на их предложение. Правду сказать, са-ар, жизнь слишком коротка, чтоб не стремиться к тому, чего ты хочешь. Я уж не первый день подумывал о переменах, и их предложение, похоже, как раз для меня.
Так Небраска Джон и остался с яутжа. Поупу предстояло сказать остальным, что он погиб, и тела его спасти не удалось. Ребята поймут. Поймут, оплачут погибших товарищей, залижут раны и вернутся в Нью-Мексико. Там Поуп и расстанется с ними. Его командировка подходит к концу, впереди ждет неиспользованный отпуск. Пожалуй, он навестит ту девушку, оставленную в прошлом – как знать, быть может, она согласится разделить с ним будущее. Но, что бы он ни решил, он никогда не забудет своих храбрых солдат, великолепного Небраску Джона и необычных воинов, пощадивших жизни его людей только ради того, чтобы испытать свои силы в бою с четырьмя из лучших кавалеристов Америки – Солдат Буффало.
