— Капитан Кортни, — зловещим тоном заговорил Шредер, обращаясь к сэру Фрэнсису. — Я вас арестовываю, вас и вашу команду, за пиратство в открытом море. Вы будете доставлены на мыс Доброй Надежды и предстанете перед трибуналом.
— Возражаю, сэр! — Сэр Фрэнсис встал и с достоинством выпрямился. — Я требую, чтобы вы обращались с моими людьми с уважением, какое положено военнопленным.
— Никакой войны нет, капитан, — холодно ответил Шредер. — Вражда между Голландской республикой и Англией окончена, договор о мире заключен несколько месяцев назад.
Сэр Фрэнсис потрясенно уставился на него.
— Я не знал, что заключен мир. Я действовал с искренней верой, — сказал он наконец. — Но в любом случае я хожу в море по доверенности его величества.
— Вы уже говорили о каперском свидетельстве во время нашей прошлой встречи. Не сочтете ли вы меня слишком самонадеянным, если я буду настаивать на том, чтобы взглянуть на этот документ? — спросил Шредер.
— Мое свидетельство, подписанное его величеством, хранится в ящике морского сундука в моей хижине — Сэр Фрэнсис показал в сторону частокола, за которым стояли маленькие домики; многие из них разрушил пушечный огонь. — И если вы позволите, я принесу его вам.
— Не стоит так хлопотать, Фрэнки, мой старый друг. — Буззард хлопнул его по плечу. — Я сам его найду для тебя.
Он быстро удалился и, наклонившись, вошел в дверь хижины, на которую указал сэр Фрэнсис.
А Шредер снова повернулся к нему:
— Где вы держите ваших заложников, сэр? Губернатора ван де Вельде и его несчастную жену. Где они?
— Губернатор должен быть в своем жилище вместе с другими заложниками, своей женой и капитаном галеона. Я их не видел с начала боя.
Хэл вздрогнул:
— Жена губернатора спряталась от сражения в пещере на склоне, вон там.
— А вы откуда знаете? — резко спросил Шредер.
— Ради ее безопасности я сам отвел ее туда. — Хэл говорил дерзко, избегая сурового взгляда отца. — И как раз возвращался из пещеры, когда наткнулся в лесу на вас, полковник.
Шредер посмотрел вверх, на склон. Он разрывался между долгом и желанием помчаться на помощь женщине, чье спасение, по крайней мере для него, и было главной целью экспедиции. Но в этот момент из хижины не спеша вышел Буззард. Он держал в руке рулон пергамента, перевязанный алой лентой. На ленте висела красная восковая королевская печать.
Сэр Фрэнсис улыбнулся с облегчением и удовлетворением.
— Вот мой патент, полковник. И я требую, чтобы вы обращались со мной и моими людьми как с почетными пленниками, попавшими в плен в честном бою.
Но Буззард, еще не дойдя до них, остановился и развернул пергамент. Он держал его на вытянутой руке так, чтобы все видели написанные черными индийскими чернилами затейливые буквы с завитушками, начертанные каким-то клерком из Адмиралтейства. А потом, качнув головой, он подозвал одного из своих матросов. Взял у того заряженный пистолет и подул на тлеющий фитиль в заряднике. И после этого, с усмешкой глядя на сэра Фрэнсиса, поднес огонек фитиля к нижней части документа.
Сэр Фрэнсис застыл от ужаса, когда вспыхнуло пламя и пергамент начал съеживаться и чернеть.
— Бог мой… Камбр, да вы самый грязный из подлецов!
Он дернулся вперед, но его остановил клинок Шредера, упершийся острием ему в грудь.
— Буду весьма признателен, если вы останетесь на месте, — проворчал полковник. — Ради вас же самого, не испытывайте и далее мое терпение, сэр!
— Но эта свинья сжигает мой патент!
— Я ничего не вижу, — сообщил Шредер, демонстративно поворачиваясь спиной к Буззарду. — Ничего, кроме печально известного пирата, стоящего передо мной с еще теплой кровью невинных людей на его руках.
Камбр наблюдал за тем, как горит пергамент, и под его рыжими усами расплывалась широкая улыбка. Он перекладывал потрескивающий лист из руки в руку, когда жар добирался до пальцев, и поворачивал так, чтобы пламя поглотило все до последнего клочка.
— Я слышал, как вы болтали что-то о своей чести, сэр, — гневно сказал сэр Фрэнсис Шредеру. — Но похоже, все это просто слова, нечто вроде дешевого товара.
— Честь? — Шредер холодно улыбнулся. — Неужто я слышу, что пират говорит со мной о чести? Не может быть! Похоже, мой слух решил надо мной подшутить.
Камбр позволил огню лизнуть кончики его пальцев, прежде чем уронил наконец на землю последние черные обрывки документа и растоптал пепел, превращая его в пыль. Потом подошел к Шредеру.
— Боюсь, Фрэнки снова нас одурачил. Я не нашел никакого патента на каперство, подписанного королевской рукой.
— Я именно это и подозревал. — Шредер вложил саблю в ножны. — Отдаю пленников под ваш присмотр, милорд Камбр. А я должен проверить, как дела у заложников. — Он глянул на Хэла. — Ты немедленно отведешь меня туда, где оставил супругу губернатора.
Потом он оглянулся на своего сержанта-голландца, напряженно стоявшего за его плечом.
— Свяжи ему руки за спиной и набрось веревку на шею. Веди его на поводке, как чесоточного щенка… впрочем, он таков и есть.
