Созвездие отца от одного края до другого прорезало лезвие пламени. А может, это было безумно алое перо, краснее крови…
– Падающая звезда, – прошептал Хэл.
– Комета, – поправил его отец. – Господь посылает мне предостережение. Мое время здесь близится к концу. Даже греки и римляне знали, что такой вот небесный огонь знаменует собой несчастья, войны и голод, и чуму, и смерть королей…
– Когда? – спросил Хэл севшим от ужаса голосом.
– Скоро, – ответил сэр Фрэнсис. – Это должно случиться скоро. Скорее всего, до того, как комета закончит полет через мое созвездие. И возможно, мы с тобой в последний раз говорим вот так, наедине.
– Но неужели мы ничего не можем сделать, чтобы отвести беду? Разве мы не можем ускользнуть от нее?
– Мы не знаем, как и когда она грянет, – мрачно откликнулся сэр Фрэнсис. – Мы не можем избежать Божьего замысла. Если мы бросимся бежать, то наверняка попадем прямиком в клыки несчастья.
– Тогда лучше остаться на месте, встретить беду и бороться с ней, – решительно произнес Хэл.
– Да, мы будем бороться, – согласился его отец, – даже если исход битвы предопределен. Но я не поэтому привел тебя сюда. Я хочу этой ночью передать тебе твое наследие, материальное и духовное, то, что принадлежит тебе как моему единственному сыну.
Он сжал ладонями лицо Хэла и повернул, заставляя сына посмотреть себе в глаза.
– После моей смерти титул и положение баронета перейдет к тебе. Титул, полученный твоим прадедом, Чарльзом Кортни, от королевы Елизаветы после разгрома испанской Армады. Ты станешь сэром Генри Кортни. Ты это осознаешь?
– Да, отец.
– Твоя родословная занесена в книги Геральдической палаты Англии…
Сэр Фрэнсис умолк, когда по долине разнесся яростный, пронзительный вой леопарда, охотившегося среди утесов в свете луны. Когда жуткий рык затих, сэр Фрэнсис тихо продолжил:
– Я желаю, чтобы ты продолжал служить ордену, пока не достигнешь звания рыцаря-морехода.
– Я буду стремиться к этой цели, отец.
Сэр Фрэнсис поднял правую руку. Золотая лента на его среднем пальце мягко блеснула в свете фонаря. Сэр Фрэнсис снял кольцо и повернул так, чтобы на него упал луч луны.
– Это кольцо – часть регалий мореходов.
Он взял правую руку Хэла и попытался надеть кольцо на средний палец. Кольцо оказалось велико, и сэр Фрэнсис надел его на указательный палец сына. Потом он расстегнул высокий воротник своего плаща, открыв большую печать своего чина, лежавшую на его груди. Крошечные рубины, вставленные в глаза геральдического английского льва, и бриллиантовые звезды над ним неярко вспыхивали в неровном свете. Сэр Фрэнсис снял с шеи цепь, на которой висела печать, и надел на сына.
– Эта печать – другая часть регалий. Это твой ключ для входа в храм.
– Для меня это честь, но меня смущает то, что ты возлагаешь на меня…
– Есть еще кое-что в духовном наследии, которое я оставляю тебе, – сказал сэр Фрэнсис, доставая что-то из складок своего плаща. – Это память о твоей матери.
Он разжал пальцы, и на его ладони Хэл увидел медальон – в нем скрывался миниатюрный портрет Эдвины Кортни.
В скудном свете Хэл не мог рассмотреть детали портрета, но материнское лицо и без того отпечаталось и в памяти, и в сердце Хэла. Он молча спрятал медальон в нагрудный карман своего камзола.
– Мы должны вместе помолиться за упокой ее души, – тихо сказал сэр Фрэнсис, и они оба склонили головы.
Прошло много минут, прежде чем сэр Фрэнсис снова заговорил.
– А теперь остается лишь обсудить земное наследство, которое я тебе оставляю. Прежде всего это Хай-Уилд, наш фамильный особняк в Девоне. Ты знаешь, что в мое отсутствие там управляет делами твой дядя Томас. Документы на право собственности у моего адвоката в Плимуте…
Сэр Фрэнсис говорил еще долго, перечисляя свои владения в Англии.
– Я все это записал для тебя в своем журнале, но он может быть утерян или украден до того, как ты его изучишь. Так что запомни все, что я тебе сказал.
– Я ничего не забуду, – заверил его Хэл.
– Потом есть еще трофеи последнего похода. Ты был со мной, когда мы прятали добычу с двух кораблей. Когда ты вернешься со всем этим добром в Англию, не забудь заплатить каждому члену команды то, что он заработал.
– Конечно, я это сделаю.
– И выплати всю до пенни часть короны. Только негодяи пытаются обмануть своего суверена.
– Я никогда не стану обманывать своего короля.
– Мне никогда не обрести покоя, если я буду знать, что все те богатства, которые я добыл для тебя и для моего короля, окажутся потеряны. И хочу, чтобы ты поклялся честью рыцаря ордена… Ты должен дать клятву, что никогда и никому не откроешь тайну хранилища наших сокровищ. В тяжкие дни, что ждут нас впереди, когда красная комета управляет моим созвездием и диктует нам поступки, найдется множество врагов, которые попытаются силой заставить тебя нарушить клятву. Но ты должен вынести все и всегда помнить о девизе нашего рода. Durabo! Я выдержу.
– Клянусь своей честью и именем Господа, я выдержу! – пообещал Хэл.
