Мунк посмотрел на Мию, та кивнула головой.
И сумма, и количество совпадали с записями в черной записной книжке.
– Но в субботу вас не было дома? – спросила Миа.
– Нет. Я был на Таутре. Мама любит их кремы и мыла, я езжу туда иногда, покупаю для нее.
– Это могут подтвердить… монахини? – спросил Мунк.
Палатин посмотрел в глаза Мунку.
– Да, конечно… вы ведь не думаете, что?..
На мгновение повисала тишина, его взгляд забегал между следователями.
– Что я убил ее? Нет-нет-нет…
Он сложил руки перед собой.
– Спросите Бога, он знает правду.
– Не уверен, что он сможет ответить, – произнес Мунк. – Но раз вы настроены на честность, Виктор, могу я спросить вас прямо: вы как-то замешаны или имеете хоть какое-то представление об убийстве Йессики Баккен?
– Нет.
– Хорошо, спасибо. Тогда, полагаю…
Мунк посмотрел на Мию, та, кивнув, поднялась с дивана.
– И последнее. – Мунк уже выходил на лестницу. – Вы не будете против сдать анализ на ДНК? Мы спрашиваем у всех, кто посещал лодку. Вы согласны?
– Конечно.
– Хорошо. – Мунк перевел взгляд на Луку.
Лука натянул перчатки и взял пробу изо рта Виктора Палатина. Тот явно испытывал дискомфорт во время забора анализа.
– Спасибо еще раз, – сказал Мунк. – Удачи вам.
Миа промолчала и высказалась, только когда они с Мунком и Лукой уже прошли достаточно по дороге.
– Удачи?
– А что мне было ему сказать? – пробурчал Мунк. – Ты когда-нибудь видела раньше такое?
– К сожалению, видела не раз. Пути Господни неисповедимы, кажется так они говорят?
– Меня об этом не спрашивай. – Мунк засунул в рот сигарету.
Путь обратно, к счастью, прошел спокойнее. Миа сменила роль лихого штурмана на спокойного задумчивого пассажира, сидящего рядом с Холгером. Мунк часто видел ее в таком состоянии и знал, что, когда у Мии такой взгляд, ее нельзя беспокоить. Она, видимо, думала о том же, о чем и он, о разговоре с Палатиным.
Слишком просто?
Вся эта болтовня про Иисуса и Бога?
Признаюсь в одном и избегну другого?
Мунк молчал, дав ей возможность подумать. Заговорил он, только когда они ступили на землю.
– Что думаешь? Слишком рано отпустили?
Она не успела ответить.
К ним подошел мужчина.
– Мунк? – Он снял солнечные очки.
– Да, это я.
– Клаус Халворсен, Крипос.
Он подал Мунку руку.
– Это Тео де Боер, полиция Нидерландов и Джон МакЛарен из Интерпола.
Он кивнул на двоих мужчин, стоявших поодаль от него на пристани.
– Где мы можем поговорить?
Доротея Крог накрывала длинный стол на веранде для встречи совета общины. Белую скатерть и сервиз она доставала только по праздникам, но сегодня решила сделать исключение, ведь в последнее время произошло столько ужасного. Вообще она хотела позвонить и все отменить. Не очень-то вовремя устраивать застолье, правда? Над островом нависла жуткая тень нераскрытого убийства в лодке. А теперь второе! Сегодня ночью! Ходили слухи, что у птичьей башни нашли тело Пелле Лундгрена. Милейший человек, всегда веселый ездил по острову на своем велосипеде. Доротея грустно покачала головой и расставила по местам последние чашки. Глядя на людей вокруг – в магазине или в молельном доме, она понимала, что идиллия нарушена. Что все напуганы. Провести собрание Доротею убедила Бет Корнелиуссен, глава совета.
На собрании совета общины, состоявшем из восьми человек, присутствовали: трое из местной церкви – Томас Офелиус, новый священник; Нура, которая пришла первой и сама Доротея. Трое из общины Санстада, а также один человек из церкви Филлан.
– Ты получила повестку встречи?
– Да-да, Нура. Все наверняка получили ее.
– Как тебе она? Нужно обсудить новую крышу?
– Нет-нет. Мы же детально обсудили это в прошлый раз, – сказала Доротея и пошла за кофе в гостиную.
У входа она натолкнулась на нового священника Томаса, как обычно растерянного и шмыгающего носом.
– Мы будем сидеть на улице?
– Да, Нура уже пришла. Идите туда.
Собравшиеся пробежались по отчету и утвердили его. Когда они приступили к зачитыванию списка тем, Корнелиуссен заметила, что, строго говоря, не стоит начинать, пока все не пришли и спросила, где Ларс Лоландер?
Милая она женщина, эта Бет, но излишне педантичная. Она была одной из тех, кто активно поддерживал установку нового запрестольного образа, и конечно, стали слышаться перешептывания по углам. Значит, она дружит с Притцами? Она только что купила себе новую роскошную машину. Откуда у нее деньги на такое? Ерунду несли, конечно, но такое бывает иногда. У людей тут слишком мало тем для разговора. Доротея и сама билась за новый образ, потому что церкви нужны были деньги, только и всего.
